kassandra_1984 (kassandra_1984) wrote,
kassandra_1984
kassandra_1984

Из посттоталитарного опыта

 

Каждая селедка – рыба.
Но не каждая рыба – селедка.
        Капитан Врунгель

Оперирование неопределенными терминами – воистину бич двадцать первого века. Хорошим тоном почитается не отличать фашизм от нацизма, факт от мнения,  непризнание "голубой" пары нормальной семьей именуют почему-то «расизмом»… с таким же успехом и браконьерством назвать бы могли. Не избежал общей участи и красивый термин «тоталитаризм». На кого только нынче ни примеряют этот костюмчик – от Пиночета и до Джорджа Буша Младшего.

Почему я считаю, что именно этот термин нынче от неопределенности спасать надо? Потому что:

  1. Больше всего трупов наворочено за прошедший век тоталитарными режимами, под тоталитарными лозунгами, во имя тоталитарных идеологий.
  2. Тоталитаризм – одна из главных причин того, что осталось от Москвы да от Расеи.
  3. Но главное – по нынешним временам в тогу борцов с тоталитаризмом весьма охотно рядятся как раз те, кто активно готовит его второе пришествие, в чем неопределенность понятия способствует им весьма.

  Думаю, что точнее всего это явление описала Ханна Арендт, из ее представлений и попробую исходить.

 Итак, «тоталитаризм» - не ругательство, а научный термин, обозначающий не все, что нам не нравится, а вполне определенный круг явлений. Мне, например, совсем не нравится, что в России Ходорковский сидит, а Навальному руки ломают, но современная Россия от этого еще никоим образом тоталитарной не становится. Ну да, ну несправедливо, недемократично… но, вопреки распространенному ныне заблуждению, вовсе не всякое государственное устройство, не соответствующее стандартам западной демократии, является непременно тоталитарным.

Говорят, что Гегель наисовершеннейшим государственным строем, до которого несомненно доразовьется со временем все прогрессивное человечество, почитал прусскую монархию. Современные его коллеги также, на полном серьезе, таковым почитают западную демократию. Ну, то есть, я лично готова признать, что такое устроение является оптимальным для определенного места и времени, а также добавить, что лично мне именно в этом месте и времени и нравится  жить, но вот являюсь ли лично я типичным представителем сегодняшнего человечества? «Золотой миллиард» на планете нашей один, а всего-то на ней человеков семь миллиардов. Сперва за отсутствие демократии у всех других-прочих  упрекали злых колонизаторов, потом еще более злых диктаторов, потом бедность, потом демографию, потом… Немногим приходило в голову, что демократия – не великая цель, к которой все в душе стремятся, а одна из многих возможностей, которая кому-то подойдет, а кому-то нет.

Русский крестьянин 18 – 19 века царя избирать не стремился по той простой причине, что на его, крестьянина, повседневность царские решения влияли крайне редко. Влияли решения барина, но и его возможности были ограничены. Не случайно все известные нам из книг «крепостнические зверства» проделывались, как правило, над дворовыми людьми, деревня же жила своей жизнью.  На попытки этот порядок изменить крестьянин отвечал бунтами (как при Петре!) или иными актами неповиновения (См. «Загон» Лескова – крестьяне решительно отказываются жить в комфортабельных домах, выстроенных для них барином. Они хотят – как сами хотят!). Реально влияли на жизнь и судьбу крестьянина порядки в его деревенской, соседской общине, регулировались они традицией, действовало т.н. «обычное право», которое, в случае необходимости, сход и староста изменяли без всяких революций. Не участия в принятии государственных решений хотел он, а неучастия (по возможности) государства в решениях, важных для него. Дома демократию свою он уже имел, а столичная, европейская была ему без надобности.

Хасидские раввины в начале 19 века рассматривали демократию как угрозу целостности общины и потому призвали  свою паству помогать русской армии в борьбе против Наполеона.

Африканские государства, границы которых проводили колонизаторы без всякого учета реальных межэтнических границ, вообще фантомы, т.к. африканец понимает  себя как гражданина племени, а не государства.

Арабы демократическим голосованием систематически приводят к власти людей, открыто заявляющих, что их цель – демократию отменить.

Короче говоря, авторитарные режимы, характерные для доиндустриального общества – не узурпаторы, не насильники, а вполне законные представители соответствующих народов, репрессивность их в среднем не превышает таковую же у западных демократий. Иное дело – диктатура.

Диктатура есть, по сути, не что иное как вялотекущая гражданская война, т.е. вооруженная борьба за власть между достаточно представительными группировками, будь то Алая и Белая роза в Англии или Альенде с Пиночетом в Чили. Понятно, тот, кто окажется в «позиции силы», с противником церемониться не станет – не я его, так он меня. Но миром кончаются войны, и ни одна диктатура не живет дольше, чем надо, чтобы победить. Она автоматически переходит либо в нормальную монархию, как в Англии, либо в демократию, как в Чили… в общем, в то, что естественно для данного места и времени, если только… не вырождается в ТОТАЛИТАРИЗМ.

Различить их совсем не сложно: в нормальной диктатуре с ослаблением сопротивления репрессивность уменьшается, а в тоталитарной – наоборот.

(Продолжение следует) 

Subscribe

  • Чего же они боятся?

    Статья высокопоставленного консервативного политолога Роберта Кагана (послужной список см. по ссылке) бесспорно интересна тем, что дает ясное…

  • Так кто же проиграл?

    Ну и что у них там, в Кабуле-то? Ужас, ужас и третий раз ужас! Американские СМИ ругают Байдена, Байден прикидывается серым шлангом, Талибы ликуют,…

  • (no subject)

    А вот интересно. Прививки от "короны" не слишком эффективны - как, впрочем, и от любого гриппа, это нормально. Но вот почему-то мало кому…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments