kassandra_1984 (kassandra_1984) wrote,
kassandra_1984
kassandra_1984

Categories:

Продолжение 3

 

Раньше был сапожник,
Звали меня Родя,
А теперь я прапорщик –
Ваше Благородие!
   Русский фольклор

Начинается все с беспредельного оптимизма. Санкюлоты обретают обширный резервуар жертв, которым можно беспрепятственно и безнаказанно мстить за все – про все, от плохой погоды до несчастной любви включительно, смыкая ряды и возвышаясь в собственных глазах. В результате освобождается очень много неожиданных вакансий, и у руля оказываются новые люди, которым прежде в "социальных лифтах" места не доставалось по причинам, ничего общего с профессиональной квалификацией не имеющим: происхождение не то, диплом не того университета, денег мало или связей нет. Они экспериментируют, большей частью удачно, появляются реальные достижения в самых разных областях – от театра и до военного дела (вспомните хоть Роммеля!) включительно.

Идеологи, опьяненные массовой поддержкой, ощущают себя творцами "нового неба и новой земли". Атмосфера энтузиазма так сильна, что иной раз захватывает даже обреченных  (см., например, "Мария" Бабеля). Но лучше всего передают ее, пожалуй, две большие поэмы Маяковского: "Хорошо" и  "Владимир Ильич Ленин". Наконец-то появилось вожделенное чувство причастности, какое-то "мы", без которого трудно и неуютно жить человеку: "В наши вагоны на нашем пути наши грузим дрова". И. как обычно бывает при возникновении новой религии, основатель становится олицетворением нового сообщества "Мы говорим Ленин – подразумеваем партия, мы говорим партия – подразумеваем Ленин", личностью божественной, или, по крайней мере, вещающей от имени божества (вариант – единственным полномочным толкователем непреложных законов истории). "Культ личности" не Сталиным выдуман, он возникает спонтанно. Не уважение и даже не страх вызывает в первую очередь фюрер, но – поклонение, его определенно наделяют чертами божества. Невозможно не заметить сходства, например,  поэмы  Маяковского с христианским мифом пришествия Мессии, а уж кадры немецкой хроники с массовым камланием на улицах при виде Гитлера в комментариях не нуждаются. Когда пятилетнему Александру Меню его мать, тайная христианка, впервые о Боге стала рассказывать, что, мол, всемогущий, мол, всеведущий, умный мальчик сразу же догадался: «Как Сталин, да?».

Итак, налицо полный восторг, всеобщее счастье… на фоне непрерывной кровавой вакханалии. В Крыму – массовые расстрелы, в Белом море баржи топят, вокруг Тамбова мужиков травят газами (В Германии этому примерно соответствует Холокост).  Кушать очень хочется, но экономика, которую позже стали именовать "военным коммунизмом", чтобы замаскировать неудачную попытку, с ходу реализовать утопию и создать рай земной на базе продразверстки, отнюдь не способствует удовлетворению таких эгоистических пожеланий.

Поняв, что дело плохо, Ленин "повернул колесо рулевое сразу на двадцать румбов в бок". Это определенно была попытка "русского термидора", выхода из санкюлотской оргии в нормальную повседневную жизнь. Вероятно, мы уже никогда не узнаем, считал ли он НЭП на самом деле "временным отступлением" или окончательным разворотом лицом к реальности, но… так или иначе, ничего у него не вышло.

Тот факт, что преемником его стал не кто иной как Сталин, объясняют у нас обычно личными качествами этого последнего: профессиональный уголовник, агент охранки, восточная хитрость, административный ресурс… Не спорю, все это у Иосифа Виссарионовича было, но было и еще кое-что, о чем вспоминают скорее неохотно. Был у него, говоря по-современному, электорат, т.е. множество людей, которым его политика нравилась гораздо больше, чем ленинский НЭП. Какое-то количество санкюлотов (особенно в деревне после земельной реформы) использовало открывшиеся возможности, чтобы найти работу, создать семью, стать нормальными людьми. Но больше оказалось все же других, что сочли себя обманутыми, оскорбленными в лучших чувствах оттого, что не могут более вдохновенно и бесконтрольно убивать. Именно эти кадры, не хотевшие, да и не умевшие ничего, кроме как уничтожать, топтать и преследовать, массово вводит Сталин «ленинским призывом» в резерв правящей чиновничьей элиты. Вот вам образчик соответствующей поэзии: 

Сурков Алексей

 

Встреча

На цыганский романс,
Полупьяный и ломкий,
Из-под крышки рояля
Наступают басы.
Завсегдатай глядит
В городские потемки
И в недопитой кружке
Мочит усы.

Надоедливый холод
Из двери сочится.
Точит дождь
Переплеты расшатанных рам.
Снова старая пуля
Завозилась в ключице
И заныл под буденовкой
Сабельный шрам.

Пробегает по жилам
Ячменное пламя.
Пей до дна
И тяжелых усов не суши!
Только гостьей непрошенной
Выползла память,
Отодвинула кружку,
Сердито шуршит:

"Ты валялся в крови
На вонючей соломе,
Ты водил эскадроны
Сквозь вьюги и зной,
А теперь оступился
На трудном подъеме
И отдал якоря
У порога пивной.

Для того ли тебя
Под знаменами зарев
Злые кони-текинцы
Носили в степи?..
Разве память утопишь
В ячменном отваре?
Разве совесть солдата
Вином усыпишь?

На могилах друзей
Шелестит чернобыльник.
Что ты ненависть бросил,
Как сломанный нож?
Посмотри через стол:
Разве твой собутыльник,
Твой сегодняшний друг,
На врага не похож?"

Он встает
И глядит, не мигая и прямо.
Поднимается ярость,
Густа и грузна.
- Господин капитан!
По зубчатому шраму
Я тебя без ошибки
Сегодня узнал.

Господин капитан,
Что ты выбелил губы?
Я сегодня тебя
Не достану клинком.
Может, вспомнишь,
Как взят в шомпола
И порубан
Недобитый комбриг
И больной военком?

Ты рубака плохой.
В придорожном бурьяне
Я не сдох.
Но в крови поскользнулась нога.
В этих чертовых сумерках,
В пьяном тумане
Подкачал партизан,
Не почуял врага.

Господин капитан!
У степной деревушки
Отравил меня холод
Предсмертной тоски.

...Опрокинутый столик.
Разбитые кружки.
Свистки...

1925-1929

 

В числе недовольных немало интеллектуалов, с прекращением «борьбы» утрачивающих только было обретенный смысл жизни. В. В. Маяковский не стесняется отправиться  на казенный счет в кругосветное путешествие и оттуда в качестве сувенира привезти автомобиль, потому как считает себя уполномоченным Коминтерна, приближающим наступление рая на земле. Но презрением обливает он жалкого эгоиста Ваню Присыпкина, пренебрегшего возвышенной утопией ради приобретения индивидуальной пары сапог.

Subscribe

  • Аппарат против электората

    На последних выборах голосовала я за Ликуд… то есть, на самом деле, за Натаньягу. Хотя давно уже ходили более чем правдоподобные слухи, что…

  • На палубу вышел – а палубы нет

    Статья Софьи Рон-Мории содержит, в частности, описание кризисной ситуации в движении религиозного сионизма. Причин автор не разъясняет, поскольку…

  • Может быть кто-нибудь что-нибудь знает?

    В сообщениях насчет "короны" постоянно натыкаюсь на загадочную цифру "бессимптомных". Это кто? Предположим, тест у них выявил…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments