kassandra_1984 (kassandra_1984) wrote,
kassandra_1984
kassandra_1984

Немного марксизма III

А были бы вы лучше, Ваше Сиятельство,

хорошим графом, чем плохим мужиком.

Сказал некто по слухам Льву Толстому

Кроме единства и борьбы противоположностей есть у Гегеля еще и закон перехода количества в качество: до какого-то момента кашу маслом не испортишь, а после это уже не каша с маслом, а масло с кашей – явление обратилось в свою противоположность. Естественно предположить, что количество чиновников тоже в качество может перейти, и тогда они… да, они перестанут быть чиновниками. Ну, то есть, я хочу сказать: перестанут исполнять то, для чего их когда-то изобрели – служить опорой стабильной централизованной власти, гарантией внешней и внутренней безопасности страны.

И произойдет это вовсе не обязательно из-за коррупции (как например, в России, где полиция слишком взятками занята, чтобы еще и преступниками интересоваться), нет, есть причины куда более весомые. Дело в том, что все имеющееся в распоряжении чиновников репрессивное оружие заточено под борьбу с классовым врагом – актуальным или потенциальным буржуем – но совершенно бессильно против братьев по классу, т.е. профессиональных бездельников.

Ну, что вы с ними сделаете? Денежный штраф? Он страшен только тому, кто деньги зарабатывает, а у бездельника денег (легальных) сроду не бывало, он на пособия живет, каковые отнять никак невозможно, поскольку минимальный доход есть "естественное право человека", обеспеченное легионом чиновников, которые его вычисляют и распределяют.

Тюремное заключение? Опасно опять-таки для крестьянина (поле пахать, скотину обиходить некому), для ремесленника или предпринимателя (развалится налаженный бизнес), для квалифицированного рабочего (место потеряет, да с такой репутацией нового не найдет), а для бездельника, наоборот тому – приятное разнообразие, перемена обстановки, еще и пособие неиспользованное подкопится, можно потом гульнуть.

Безнаказанность – мощный стимулятор преступности, но еще более мощный стимулятор – просто безделье. В определенном возрасте человеческие детеныши становятся агрессивны. Каждая из культур человечества выработала в ходе истории свои способы справляться с этой напастью: обряды инициации, кулачные бои и прочий спорт, определенные периоды, когда допускается хулиганство (например, "русальная неделя" славян, прекрасно описанная в "Майской ночи"). Но главное – своевременное включение молодежи в трудовую деятельность семьи.

Во времена Ивана Грозного дворянский недоросль с 15 лет военнообязанным был, крестьянин или ремесленник с младых ногтей детей к своей профессии приучали, интеллектуал, отдавая ребенка в гимназию, знал, что там его не только наукам будут учить, но и систематическому приложению умственных усилий.

По свидетельству Льва Толстого, русские крестьяне прекрасно знали, для чего их детишкам в школу идти: читать, писать, считать (полезные практические навыки) и понимать по-церковнославянски – овладение азами культурного наследия – больше им в жизни не пригодится. В городе существовали разнообразные учебные заведения, где давались знания, полезные для будущих конторщиков или коммерсантов, работяг или профессоров. И родители, и дети понимали, для чего это нужно, а кто не понимал – вылетал за неуспеваемость.

Такое незарегулированное разнообразие чиновнику, разумеется, не по нраву. Даешь всеобщее образование – всех под одну гребенку, и выгнать никого нельзя, потому – обязательное. В результате великовозрастных балбесов на вполне посильную работу не берут, учат тому, что им никогда не понадобится (даже тем, кто в университет пойдет, бо нужное им не содержится в школьной программе, а поступает через репетиторов), приучают к безделью, безответственности и валянию дурака. В наиболее продвинутых странах (Франция, Германия) добавляется еще и бесплатное и бесконкурсное высшее образование. Прежде всего, гуманитарное, интенсивно готовящее либо офисный планктон, которому для работы простой грамотности с избытком хватит, либо уж прямо безработных. Именно такие самородки и породили знаменитую революцию 68 года под лозунгом "Запрещать запрещается!".

Но самый короткий анекдот – это, конечно, обязательное среднее образование для потомственных бездельников, которым в жизни потребуется разве что в ведомости за пособие расписаться. А их становится все больше и больше, поскольку работающий на свое потомство заработать должен сам, а опекаемый чиновниками – им на коленки и кинет очередное чадо. И потому отныне все большее количество больших городов превращается в театр военных действий, где передвигаться можно только коллективно и лучше перебежками.

Агрессорами везде и всюду выступает одна и та же социальная группа: подрастающее поколение получателей пособий. Что общего между израильскими ультраортодоксами, немецкими анархистами, французскими арабами и афроамериканцами в Нью-Йорке? А все то же – тестостерон. Пенсионеры по праву рождения, силушка по жилушкам бежит, жить скучно, а бояться, в сущности, нечего.

Прямым следствием того же насаждаемого и поощряемого паразитизма является неконтролируемая иммиграция с неминуемым "шоком культур". Как только разница между пособием по безработице и зарплатой за неквалифицированный труд явно перестает компенсировать затраченные калории, начинается ввоз рабочей силы, второе поколение пришельцев быстро усваивает, с какой стороны у бутерброда масло, так что приходится ввозить новых, а потом слухи о молочных реках с кисельными берегами делают иммиграцию массовой. Вообще-то, чисто технически, ее можно было бы остановить, но… куда же тогда денутся набежавшие тем временем социальные работники, уполномоченные по интеграции, труженики языковых курсов и прочие борцы против расизма?

Итак, современные чиновники принципиально неспособны справиться с внутренними беспорядками, потому что сами же их и порождают. А как насчет внешней опасности? В России и по сю пору раздаются ностальгические вздохи, что кабы не дорогой наш вождь и учитель, ни за что бы не смогли мы сосредоточить все усилия на "все для фронта – все для победы". Не смогли бы столько самого современного, технически совершенного оружия напроизводить, что частично и по сей день не устарело.

Да ведь дело-то не только в оружии, в развитых странах с самым совершенным оружием нет проблем, зато есть проблемы с теми, кто должен пускать его в дело. Прежде всего, наблюдается тенденция, любую стрелялку сперва в ООНе зарегулировать, а только потом уже применять при условии, что она наберет достаточное количество голосов на генеральной ассамблее. Совсем недавно поднимался в прессе вопрос, этично или неэтично использовать на войне беспилотники. Сразу вспомнилась давняя история про императора Фердинанда, что на известие о революции отреагировал словами: "Разве ж им такое дозволено?!".

Зато противнику дозволено все, потому что… не спрашивает он дозволения, но любые средства использует, лишь бы только могли принести ему победу, как воевали люди в эпоху добюрократическую. И выясняется, что никаких способов призвать его к порядку у всей ООН-овской шайки-лейки, по большому счету, нет. Справиться удается разве что с теми, кто на самом деле драться вовсе не хочет – вроде сербов – а как нарвешься на Вьетнам или там Афганистан какой-нибудь, так сразу и выяснится, что кроме программистов, конструкторов и прочих высококвалифицированных кнопконажимателей, на войне, как ни странно, требуются еще и солдаты.

Хороший солдат отличается, как правило, дисциплинированностью, упорством, а также пониманием, что хоть и охота дожить бы до свадьбы-женитьбы, но… это, увы, не гарантируется. Ну и каким же колдовством сделаете вы солдата из человека, которому ни разу в жизни не приходилось напрягаться, все ему всегда доставалось за так и без усилия? Из человека, что уже в третьем поколении имеет одни права без обязанностей и твердо знает, что все ему должны? Из того, кто собственности не имел никогда, так что ни беречь, ни защищать свое не приучен? Как можете ожидать готовности жертвовать собой от того, кто ни разу ни ради кого ничем не пожертвовал, поскольку все его близкие от рождения на иждивении государства?

Естественно, чиновник – убежденный борец за мир. Специально для этого он изобрел доктрину soft power – воздействия экономического и дипломатического, которое может быть очень эффективным, но… только в отношении тех, кто РАБОТАЕТ. Только такие и заинтересованы в экономических и научно-технических связях, а кто сырьевыми ресурсами живет, да еще грабежом… ну, тем приходится платить дань, маскируемую под экономическую помощь, и надеяться, что следующий взрыв в метро прозвучит уже после выборов, так что оправдываться не придется.

Что внутри страны, что на международной арене, имеющиеся в распоряжении бюрократии меры воздействия действуют только на друзей, а не на врагов. Вот она и воздействует, на кого может, регулярно предавая союзников, заискивая перед террористами, отстаивая права преступника и бросая на произвол судьбы мирного гражданина.

***

Если на клетке слона прочтешь надпись:

буйвол, — не верь глазам своим.

Козьма Прутков

Блестящий пример перехода количества в качество дает пролетарско-чиновничья идеология, поднимающая на щит традицию добродетели, существующую во всех народах, культурах и религиях, и аккуратно оборачивающая ее в свою противоположность.

Начнем с защиты слабого и обеспечения неимущего. Обратите внимание: ни в одной традиции ни одного народа нету призыва "Отнять и поделить!". Да, сильный должен помогать слабому, но, во-первых, только тому, кто сам себе не может помочь (вдове, сироте, калеке), а во-вторых, получение такой помощи влечет за собой потерю статуса, перемещение на самую нижнюю ступеньку иерархической лестницы. Именно эта подробность жестом бывалого наперсточника выдергивается у нас из-под носа под аккомпанемент истошных причитаний: "Да, мы хотим сегодня делать бедным и слабым больше добра, чем предписывала традиция! А ты что – не хочешь облегчать страдания обездоленных, не ущемляя их человеческого достоинства? Скупердяй ты! Эгоист!! Живодер!!!".

Не надо, товарищи, истерики. Вспомним лучше, что масло с кашей – совсем другое блюдо, чем каша с маслом. "Несовершенные" традиционные порядки не только страдания облегчали, но и стимулировали собственные усилия обездоленных, давали им шанс отстоять свое достоинство, или, в случае совсем безнадежном, хотя бы стать для других примером того, как НЕ НАДО. Одинокая вдова останется до самой смерти нищей, а ту, что детей растит, прокормят они, когда вырастут. Калека выучится, какому ни на есть, ремеслу, и даже душевнобольной, открыв в себе мистическую одаренность, станет полезным членом общества. Они меньше зависели от подачек, больше уважали себя и соседи уважали их.

В биографиях многих из тех, кто в жизни добился многого, читаем: Рано осиротел, пошел на фабрику, продавал газеты, улицы подметал… Не уверена, что жизнь его удалась бы, если бы с детства стал пенсионером и был уверен, что все ему должны. Иной раз, бедность – стимул, пробуждающий энергию, создающий личность.

Что же до сильных мира сего, то их долг помогать слабому традиционно не ограничивался материальной поддержкой, была там еще, например, такая статья как защита от общего врага, было представление, что "положение обязывает". А нынче Анат Кам или Эдвард Сноуден ничего позорного не видят в обмане доверия, в том, что подвергают опасности миллионы людей, не имевших счастья родиться в столь привилегированных слоях и получить доступ к секретной информации.

Кроме бедных гуманистическая традиция человечества берет под защиту еще и чужаков-пришельцев. Вот тут наши наперсточники очень любят ссылаться на Писания, типа не притесняй пришельца, ибо и сам ты был пришельцем в земле Египетской. Правда, если приглядеться, быстро выяснится, что изначально речь идет не о равноправии. В обществе, где ТАНАХ писали, права и обязанности каждого определялись его местом в клановой системе родства, и не могло быть прав у того, кто тут никому не родственник. Значит, в переводе на современный, заповедь "не притесняй" звучит примерно как: "Не смей злоупотреблять заведомой неполноправностью этого человека". Но такой аргумент идеологи наши, естественно, отпарируют по той же схеме: прогресс, гуманизм, глобализация создают нам возможность творчески развивать и перевыполнять древние заповеди… Ой ли, да так ли?

Разумеется, общество наше уже не клановое и место в нем определяется не родством, правила игры поменялись, но это не значит, что их совсем нет. Можно, к примеру, соблюдать их отчасти и права тоже иметь частичные. Так жили прежде евреи: уголовное право христианской или мусульманской страны защищало их, и они его соблюдали, а гражданское право (с соответствующими судами) было у них свое. Не платили церковной десятины, зато и с социальным обеспечением разбирались сами, не хотели своих детей в чужом законе воспитывать – так и содержали сами школы для них.

А главное – право проживания евреев на определенной территории не было безусловным. Пока местной власти выгодно – живи, а чуть что – получай начальное ускорение коленом под зад. Кому не нравится – может подписать обязательство, местные законы соблюдать во всей полноте. В исходном моменте это подразумевало переход в местную религию, но последние пару веков и простой ассимиляции было довольно. Прогресс определенно наблюдается – условия получения прав становятся легче, но вот совсем отменять их ни в коем случае нельзя, иначе каша с маслом превращается в масло с кашей, а жизнь, как аборигенов, так и пришельцев – в сплошной кошмар.

Невозможно в одном обществе жить одновременно по галахе, шариату и сталинской конституции, какая-то культура непременно должна быть ведущей, а носители прочих – к ней приноравливаться, на свой манер встраиваться в мейнстрим. Иное дело, что это не обязательно навеки будет одна и та же культура. Вполне возможен, к примеру, вариант известной русской сказки про лису и зайца: Попросилась ко мне погреться, да меня же и выгнала… Именно такой вариант на наших глазах образуется в результате пламенных призывов: "Всем все права сразу и без всяких условий!".

Козырной туз чиновничьей идеологии – конечно же, борьба за мир. Опять же, всем давно известно, что худой мир лучше доброй ссоры, что нехорошо пленных расстреливать (во избежание излишних жертв среди своих) и мародерствовать тоже плохо (толпа мародеров быстро становится неуправляемой и небоеспособной). Но и тут, конечно, бюрократы ставят задачу "догнать и перегнать". Разговоры на эту тему с европейскими левыми неизменно вызывали у меня в памяти похабную русскую частушку:

С неба звездочка упала

Прямо милому в штаны.

Хоть бы все там оторвало,

Лишь бы не было войны!

Есть только один способ, любой ценой избежать войны – сразу сдаться. Но такое некрасивое слово профессиональные пропагандисты никогда не станут употреблять. Они изобрели другое: "ненасильственная борьба". Насколько я понимаю, до сих пор ненасильственные победы удавалось одерживать только над западной полицией, которой строго-настрого указано соблюдать права хулиганов, либо над английскими колонизаторами в тот момент, когда издержки на управление колонией превысят получаемые от нее дивиденды. Но среднеевропейский интеллектуал верит в ненасилие, как христианин в троицу, и гордо возвещает граду и миру, что "войной проблемы решать невозможно", хотя и затрудняется объяснить, какие именно проблемы он имеет в виду и какие предлагает для них решения.

Вот, например, если на твою страну нападут – проблема это или не проблема? И как ее решать? Ответ: этого не может быть, потому что не может быть никогда. Не случайно так популярны на западе конспирологические теории про то, что башни-близнецы взорвали Буш, Пентагон, ЦРУ… Ведь если не так, значит, есть в самом деле у Америки (и не у нее одной!) враг, от которого не защитишь "ненасильственными методами" тех самых "вдов, и сирот, и бедных людей", о которых денно и нощно пекутся левые.

Против чего только они ни боролись! Против глобального потепления и атомных электростанций, против генномодифицированных продуктов и ДДТ, против дискриминации гомосексуалистов и курения в ресторанах. Богатейшую фантазию проявляют в изобретении опасностей там, где их нет, зато в охотку можно использовать "ненасильственные стратегии", в упор не замечая опасность вполне реальную, которую такой "борьбой" не одолеешь.

Итак, количество переходит в качество, явление обращается в свою противоположность, на выходе получаем парадоксы Оруэлла типа "Свобода – это рабство". Но не надо, не надо считать пролетариев, чиновников и их идеологов патологическими властолюбцами или патологическими идиотами. Ибо границы фантазии ставит только опыт взаимодействия с реальностью, которого неоткуда им взять.

Вместо этого предлагаются многочисленные рецепты "расширения сознания" и прочего выхода в параллельные пространства. Мудрые притчи про буддистского монаха, которому однажды приснилось, что он мотылек, и с тех пор он все никак не решит, то ли он монах, которому приснилось, что он мотылек, то ли мотылек, которому снится, что он монах. Не надо стремиться понимать происходящее, принимать решения, ставить цели и достигать их. Наоборот, надо отбросить реальность, опрокинуть на периферию сознания, уйти глубоко в себя, и будет тебе счастье.

Таково мировоззрение людей ОТЧУЖДЕНИЯ – симптом агонии цивилизации

.

Subscribe

  • На палубу вышел – а палубы нет

    Статья Софьи Рон-Мории содержит, в частности, описание кризисной ситуации в движении религиозного сионизма. Причин автор не разъясняет, поскольку…

  • Может быть кто-нибудь что-нибудь знает?

    В сообщениях насчет "короны" постоянно натыкаюсь на загадочную цифру "бессимптомных". Это кто? Предположим, тест у них выявил…

  • Открытое письмо французскому еврею

    Уважаемый господин NN, Не знаю, есть ли у вашего обращения интернет-адрес или вы просто рассылаете его по электронной почте, поэтому ссылку даю на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments

  • На палубу вышел – а палубы нет

    Статья Софьи Рон-Мории содержит, в частности, описание кризисной ситуации в движении религиозного сионизма. Причин автор не разъясняет, поскольку…

  • Может быть кто-нибудь что-нибудь знает?

    В сообщениях насчет "короны" постоянно натыкаюсь на загадочную цифру "бессимптомных". Это кто? Предположим, тест у них выявил…

  • Открытое письмо французскому еврею

    Уважаемый господин NN, Не знаю, есть ли у вашего обращения интернет-адрес или вы просто рассылаете его по электронной почте, поэтому ссылку даю на…