kassandra_1984 (kassandra_1984) wrote,
kassandra_1984
kassandra_1984

Categories:

Продолжение пуримшпиля

Зорешь и Амман. Аммана можно сделать под Сталина.

Амман: …Так и сказала? Да, характер виден.
         Вся в дядюшку.

Зорешь: Но все же, что она
           задумала? Мне как-то беспокойно…

Амман: Да уж наверно, будет за кого-то
         перед царем просить меня, чтоб я
         при нем дал слово пощадить, не трогать…

Зорешь: И ты пообещаешь?

Амман: И исполню.
         Ну, то есть, если это Мордехай…
         ему, конечно, шанса я не дам,
         он слишком много знает. Ну а если
         там мелкота – какие-то подружки
         иль дальняя родня… пусть поживут
         еще годок-другой, всегда успеем
         попозже их прикончить… вместе с ней.

Зорешь: А если… если все-таки она…
          Они такой народ… поди дознайся,
           Что на уме у них…

Амман: Не беспокойся.
         При всем при том они всего лишь люди,

         А человека можно обмануть,
         И их, поверь мне, не трудней, чем прочих.

Зорешь: Но говорят, у них какой-то Бог…

Амман: У всех есть боги. Для простонародья
          страх божий был всегда необходим,
          но мы-то выше этого. Мы знаем,
          что идолов придумал человек,
          художник рисовал их, плотник их
         стругал, литейщик формовал, они –
          орудие – как прялка иль хомут.
          И как без прялки ты не ссучишь нить,
          без идолов не удержу я власти.
          Но ты должна веретено крутить,
         а я – их волю возвещать народу.                      

Зорешь: То – идолы, а этот – настоящий…

Амман: А настоящего на свете нет.
         Нет Бога, Зорешь, нет и не бывало.                    

Монолог Аммана (на мотив «Веселых ребят»)

Легко народу от правильной веры,
Что унывать не дает никогда,
Чтоб не стремился он в высшие сферы
Чтоб был он стойким, когда придет беда.

Ему доходчиво лишь объясните,
Что путь к блаженству тяжел и суров,
Пока в засаде не дремлет вредитель,
Не унимаются происки врагов.

Вождь прирожденный не вязнет в дебатах,
Но возмужавши в тяжелой борьбе,
Найдет для всех неудач виноватых,
А все заслуги припишет он себе.

Кто супостатов, своих и нездешних,
Под все провалы свои подверстал,
Сам выйдет чистым, великим, безгрешным,
Почти что богом взойдет на пъедестал.

Меня всеведущим и всемогущим
Объявит глас всенародной любви,
Пообещаю им райские кущи
И свое царство построю на крови.

Зорешь: Поверит быдло… Но ведь сам-то ты
          прекрасно знаешь, что не все ты можешь,
          и знаешь ты, конечно же, не все…
          А вдруг и вправду что-то есть такое,
          над чем у нас, у смертных, власти нет?
          Ну, привиденья, инопланетяне, судьба…
          черт знает… может, даже Бог?..

Амман: Встречала в жизни ты его хоть раз?
         Я тоже нет. Вот видишь – мы с тобой
         На этом свете прожили немало,
         А он явиться нам не соизволил…
       Конечно, если он, как говорят,
        невидим, нет ни запаха, ни вкуса,

        то байки можно наплести любые…
        Но власть всегда должна быть ощутима,
        Иначе чтить ее никто не будет.
        А кто не власть – того я не боюсь.
        Все покорятся мне – а я не покорюсь!

Занавес

Царь (европейско-американский либерал), Амман и Эстер

Монолог Царя (на мотив «Мой Лизочек так уж мал!»)

У меня одна мечта, ах, мечта!
У меня одна мечта, ах, мечта:
Чтоб в тени моей короны
Обнялись бы миллионы
Навсегда!
Навсегда!

Чтобы волк с ягненком лег смирно в ряд,
Чтобы волк с ягненком лег смирно в ряд.
Волк согласен, лишь ягнята,
Подозреньями объяты -
Не хотят!
Не хотят!

Я воспитываю их день и ночь,
Обещаю, если что, им помочь,
А когда их волк съедает,
Сутки напролет рыдаю –
Спать невмочь!
Спать невмочь!

Но уверен я – настанет пора
Окончательной победы добра,
И пока ягнят хватает,
Оптимизм не иссякает.
Завтра будет лучше, чем вчера!


Царь: Да-да, Амман, ты прав, я понимаю,
      но, может, все же можно бы полегче,
      ну, например… того… не сразу всех…
      А если всех – тогда не сразу на смерть?..

Амман: Увы, мой государь, нельзя. Народ
         измучен и сдержать не может гнева.

Эстер: Так может быть, тогда ему вернуть,
       что отняли, награбили, накрали?

       вернуть крестьянам землю…

Амман: Как крестьянам?..
          Они ж ее пропьют… Они как дети…
          Я лучше знаю, что для них полезно.

Эстер: Но может, часть чиновников уволить,
        чтоб меньше взяток…

Царь: Это ни к чему.
       Ты знаешь, сколько жен у нас в гареме,

       да все рожают… Если, например,
       ты завтра тоже принесешь мне сына,
       куда его девать, как подрастет?

       Ведь делать ничего он не умеет,
       в наследники всех разом не возьмешь…
       В чиновники – вот взятки и прокормят!           

Эстер: Да я бы сына, если ты позволишь,
       к сапожнику послала бы в ученье,
       чем тунеядством накликать резню!

Царь: К сапожнику?! Нет сердца у тебя!
     Бедняжки, что травмированы с детства

     интригами гарема… тяжелее
     бутылки не держали ничего
     в руках они от роду… Их понять,
     помочь им призван всякий гуманист.

Эстер: Понять и пожалеть виновных?
       Браво! Ну, а невинных как же, что погибнут
       за их вину?

Царь: Да. Это в самом деле…
      Да, не совсем… Но все же, может быть,

     они… они не так уж невиновны?
      А может, кто-то изменял жене?
      Или не там переходил дорогу?
        

Амман: О чем ты, государь? Вот целый список
         Кровавых злодеяний…

Эстер: Я о нем
      Как раз упомянуть сейчас хотела…

      Ты помнишь это дело… про ребенка,
      Что без вести пропал под праздник Песах?
      И два еврея, что себя по пыткой
      оговорили – были казнены?

      А он через неделю отыскался.

Царь: Кто отыскался?

Эстер: Мальчик. Он сбежал
       от отчима и направлялся в гавань,

       чтоб юнгой попроситься на корабль.

Царь: Как? В самом деле? Очень жаль! Бывает…
      Судебная ошибка…

Эстер: Но зачем
       Ошибку эту заносили в свиток?

       А вот еще: Сгоревшая усадьба.
       Еврея обвинили там в поджоге,
       хотя в том доме заодно сгорели
       его жена, и дочь, и все пожитки.

Амман: К чему ты клонишь? Все тут ложь?  

Эстер: Не все.
            К примеру – вот, про банду казнокрадов…

            Все правда, как написано. Но их,
           как помню, наказали по заслугам.

            А свиток призывает к наказанью
            тех, кто не пойман и не воровал.

Царь: Да, в самом деле, что это, Амман?
      Ты мне сказал, что лично все проверил -
          все правда, до последней запятой.

      Конечно, ты работой перегружен,
      ты ошибиться мог, но все же впредь
      тебя прошу я быть поаккуратней.
         Ну, а тебя (к Эстер) прошу его простить.
      Я лично прослежу, чтобы погром
      был справедлив и обоснован точно.

Эстер: А без погрома что, нельзя никак?

Царь: Нет, к сожаленью, детка… Понимаешь…
      Амман его так тщательно готовил,
      выкладывался весь, энтузиазмом
      горел, пылал… И если отменить
      сейчас погром, то разочарованье
      его закомплексует, повредит,
      возможно, даже нервную систему.
      Быть чуткими, гуманными наш долг…

Эстер: Да, вот о долге… чуть не позабыла.
       Тут в списке, между прочим, я нашла
       скандал с убийством офицера стражи.
       Известно, что с евреями вообще
        он дела не имел, зато Амману
        одалживал…

Амман: Ну, хватит! Государь,
         кому ты веришь? Мне иль глупой бабе,
         что дядюшкой натаскана своим
         мне мстить?         

Царь: Ах, Эстер, как нехорошо!
       Ведь мстительность - безнравственное чувство.

          Нет-нет, я про такое безобразье
          в своем гареме слышать не хочу.
          Сейчас же помиритесь! Дайте руки
          друг другу, будьте паиньками!

Эстер: Нет!
           Я сознаюсь, что отомстить желала
           ему – за Вашти!

Царь: Что ты говоришь?

Эстер: То, что ты слышишь! За твою жену
       любимую и верную. За что
       ее казнили? В чем ее вина?
       В том, что свой род предать не захотела?
       На братьев клеветать перед тобой,
       как требовал Амман…

Амман: Змея! Жидовка! (Бросается на Эстер с кинжалом)

Эстер: (Прячется за спину царя и визжит)
      Эй, стража! Помогите, помогите!
      Он поднял руку на царя!         

Вбегают стражники, скручивают Аммана.

Царь: Амман,
     скажу тебе, что это, право, слишком.
     Я многое прощал тебе, но я
     хозяином хотел бы быть хотя бы
     в своем гареме. С женами своими
     я разберусь, надеюсь, без тебя.
    Но верю – это недоразуменье,
     Его мы вскоре выясним…

Начальник стражи: Прости,
                               мой государь, позволь мне доложить,
                               что вскорости не только что в гареме,
                              а вовсе ты хозяином не будешь.
                               Ты думаешь, его головорезы
                              кинжалы точат только на евреев?
                              Весь дом телохранителей твоих
                               давно уже у них под наблюденьем.
                               Случись чего – помочь тебе не сможем.

Царь: Не может быть… Нет, нет, я не хочу!!!
      Так не должно быть! Этот гадкий мир!
      Негармоничный, негуманный! Нет!
      Я не согласен! Глобус мне сейчас же
      другой подайте…

Эстер: Нет у нас другого.
        Приди в себя! Царь ты или не царь?

Царь: Я царь…

Эстер: Так и веди себя по-царски!
         С изменником расправься!

Царь: Да, но как?
      Сама слыхала – стражники мои
      помочь не могут… Армия? Она
      в казармах, далеко, и неизвестно,
      чью сторону в конце концов займет…
      Ах, я погиб!..

Эстер: Отчаиваться рано! Надежда есть.          

Царь: Но кто же мне поможет?

Эстер: Враг твоего врага. Лишь только дай
       евреям право взяться за оружье –
       они себя сумеют защитить,
       а заодно – тебя.

Начальник стражи: Пожалуй, верно.
                               Я, помнится, на фронте их встречал -
                               отважные ребята, и Амман –
                               давно им враг.

Царь: Да будет так!

Эстер: (хлопает в ладоши) Дебора! Зови писцов!
       (начальнику стражи) А этого пока
                                             посадим в подземелье. Да смотри –
                                             коли уйдет, ответишь головою!

Занавес

Мордехай в кипе и с пейсами не очень уверенно накладывает тфилин. Ему помогает Меламед – молодой парень в полном ортодоксальном прикиде.

Мордехай: Гляди-ко, не забыл… Ведь сколько лет
              не надевал, а вроде получилось.

Меламед: Что выучил ребенком – не забудешь.
             Проверено.

Мордехай: Да, кстати, вспоминаю…
              что в детстве слышал, будто Авраам,
              наш праотец, каких-то истуканов
              у своего папаши разломал…
              Я поискал в той книжке, что ты дал мне,
              но не нашел.

Меламед: Так это не в ТАНАХе,
              а в мидрашах. Захочешь – принесу.

Мордехай: Да, будь любезен. Как там наш малыш?                 

Меламед: Да ничего малыш, соображает,
           кончаем алфавит… Вот только я
             хотел тебя спросить, коль ты позволишь…

Мордехай: О чем?

Меламед: Да про внученка твоего.
              Учить его я рад, но не пойму -
              зачем ему еврейская премудрость?
             Как ни крути – он все же царский сын.
             Хотя и не наследник – есть постарше,
             но при дворе персидском будет жить.
              И если будет не таким как все,
              То, верно, нелегко ему придется.
              Об этом ты подумал ли?

Мордехай: Об этом
               как раз и думал я… Затем-то я
               тебя и нанимал… Сегодня царский…
               …Ну, ты пока учи его, учи!..
                        

                    

     

     

        

      

     

Subscribe

  • Чего же они боятся?

    Статья высокопоставленного консервативного политолога Роберта Кагана (послужной список см. по ссылке) бесспорно интересна тем, что дает ясное…

  • Так кто же проиграл?

    Ну и что у них там, в Кабуле-то? Ужас, ужас и третий раз ужас! Американские СМИ ругают Байдена, Байден прикидывается серым шлангом, Талибы ликуют,…

  • (no subject)

    А вот интересно. Прививки от "короны" не слишком эффективны - как, впрочем, и от любого гриппа, это нормально. Но вот почему-то мало кому…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments