?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: общество

Предвыборное
kassandra_1984
Я не советский,
Я не кадетский.
Меня нетрудно раздавить.
Ах не стреляйте,
Не убивайте!
Цыпленки тоже хочут жить…
Русский фольклор

В Араде назревают столкновения между религиозным и светским населением. Религиозные считают себя несправедливо обиженными, отвергают как необоснованные подозрения в подготовке диктата, указывают на нужды в помещениях, которые светское начальство удовлетворять не желает. Кто там конкретно прав, кто виноват – судить не берусь, но понимаю, что опасения светских, пусть даже преувеличенные, имеют основания на фоне некоторых происшествий последнего времени – не в Араде, но в стране в целом.


  1. Попытки отлавливания квасного в песах на входе государственных больниц. Неудавшиеся. Ибо администрация и охранники подобным распоряжениям подчиняться отказались.

  2. Скандал с ремонтными работами на дорогах в шабат. Вот этот случай стоит разобрать подробнее.


Светские жители Арада не должны уступать ортодоксам под синагогу свое бомбоубежище, но не вправе отказывать религиозным в возможности строительства синагоги, без которой в общине трудно. И ортодоксы в Бней-Браке тоже не должны допускать в субботу транспортировки людей и техники через свой квартал, но не в праве мешать светским на прочей территории работать, как и когда им вздумается, ибо без этого строить и ездить трудно. А коли-ежели вы за светскими права на территорию не признаете, то и они не обязаны "ваш" квартал объезжать. Я тебя не трогаю – и ты меня не трогай, идешь своей дорогою – иди своей дорогой.

Но вот мы видим – предсубботний кидуш на стройплощадке в качестве демонстрации протеста. Не важно даже, было там 100 человек или 20, а важно, что никого из них в субботу на работу не звали. Значит, эти люди не право свое защищают на соблюдение субботнего покоя, на него никто не покушается, наоборот, это они покушаются на право других людей, решать, когда и как тем работать.  Наш график утверждать нам самим, а ваш будем утверждать мы, вас не спрашивая. Мое, значит – мое, и твое – тоже мое.

Понятно, что восторга такие претензии у меня (и не у меня одной!) не вызывают, и не одну меня решительно не устраивают попытки ортодоксов, обосновать притязания на привилегии своими же теориями, не убедительными ни для кого, кроме них самих.

И тем не менее, не спешу я откликнуться на бодрые призывы Либермана, покончить с этим безобразием. Почему?

А потому что единственно возможным средством от этой напасти является (как признает и сам Либерман) … лекарство, едва ли хуже самой болезни. Коалиционные соглашения – штука заковыристая. И если ортодоксы предлагают странные "компромиссы", типа:

- А вот вы признайте в принципе наше право, вам графики составлять – тогда мы готовы в какой-то мере даже учесть ваши интересы.

То предлагаемое Либерманом правительство "Народного единства" – тоже ведь коалиция, и конкретно – с левыми. Так у них-то требования, пожалуй, еще похлеще будут:

- А вот вы признайте в принципе нормой гомосексуализм – тогда мы готовы вести переговоры о том, чтобы ваших детей в гей-клубы завлекать не сразу с первого, а не раньше шестого класса.

- А вот вы признайте в принципе право арабов на "освободительную борьбу" – тогда наши адвокаты готовы рассматривать в срочном порядке официальный запрос каждого солдата на открытие огня, не исключая заранее возможности положительного решения.

- А вот вы признайте в принципе правомерность удушения бизнеса налогами и национализации курей по деду Щукарю – тогда мы готовы сделать исключение для фалафельщика Хаима у вас на углу.

Понимаю, что вызываю на себя огонь с обеих сторон, ибо каждая включает в свою аксиоматику догмат собственного единоспасающего учения и железную уверенность, что согласно незыблемым законам истории и миропорядка общество в целом обязано лучше рано, чем поздно, признать их правоту и вступить на путь, ими указуемый. На компромиссы готовы они лишь при условии, что другая сторона свою идеологическую неполноценность признает хотя бы в принципе. А поскольку другая не признает никогда, автоматически возникает ситуация, именуемая в еврейской традиции "синат хинам".

И выдвигаются требования, в больнице для ради соблюдения песаха квасное на входе отлавливать, или в армии для ради гендерного равноправия завести дамские танковые войска… Ну, представьте себе: больничный охранник родню к тяжело и опасно больному (а может, даже в теракте раненому) не допускает, а девицы в боевой обстановке на подбитом танке меняют гусеницу, весом в… ну, в общем, вы себе представляете.  Но непреклонным идеологам глубоко плевать как на состояние здоровья пациента, так и на перспективы будущих детей демобилизованных танкисток. Во имя святости субботы всю страну в пробки не жалко посадить, а во имя святости гуманизма – южный Тель-Авив превратить в Африку. Идеи важнее людей.

Из чего вполне закономерно следует полный улет в астрал с предложением, от ракет псалмами обороняться (я не шучу, своими глазами видела лозунг: תהילים נגד טילים ), и не жалеть солдатских жизней ради доказательства нашего миролюбия княгине Марье Алексеевне.

Не случайно как те, так и другие за высшую доблесть считают от армии откосить – у них же поважнее дела имеются:

С точки зрения Печной Трубы, у всех   ее кухонных   домочадцев довольно-таки нелепые заботы. Кран с утра до вечера наполняет водой одни и те же ведра. Газовая Плита подогревает одни и те же кастрюли, чайники и сковородки. Топор, кроме дров, ничего не хочет рубить.
  И только Печная Труба стоит выше этих узких кухонных интересов: она снабжает дымом всю вселенную. (Ф. Кривин).

Но они же должны…
kassandra_1984
Я выбирал между честью и долгом.
Долга оказалось больше.
      Л. Лукоянов

Дискуссия в Гостевой продолжается чуть ли не целую неделю: прощать ли Василию Шукшину за несомненный литературный талант его не менее несомненную юдофобию или все-таки не прощать?

Понятно, что самому-то Василию Макаровичу давно уже все равно, а нынешних его единомышленников наше мнение интересует не слишком. Это все наши внутренние разборки, попытки нащупать правильную позицию в современном мире, правильное отношение к его культуре и традиции, а если уж совсем конкретно: как воспринимать тот несомненный, но неприятный факт, что христианская (а за ней и постхристианская) цивилизация однозначно отводит еврею место "образа врага"?

Вот один из участников дискуссии поведал нам, что провел "красную линию": с юдофобией этой самой цивилизации ДО Освенцима он мириться согласен, но ПОСЛЕ – уже нет. Ну, провел и провел – его право, но цивилизация-то таких обязательств на себя не брала, и ей его "линии" не указ.

…Слышу, уже слышу ваш стройный хор: "То есть как это "не брала"? Разве не понаставили они у себя мемориалов Холокоста у каждого столба, да еще так, чтоб ни пройти, ни проехать, чтоб каждый спотыкался? Разве не преследуют в судебном порядке его отрицание и "язык ненависти" в социальных сетях? Разве не клялись и не божились: "Это не должно повториться!"?

Увы и ах, объявление Холокоста самым страшным преступлением всех времен и народов вызвано было вовсе не тем, что они "осознали и перестроились", но только и исключительно необходимостью "продать" общественному мнению союз с Советским Союзом. По сути, это решение было правильным, ибо победа куда более образованной и развитой, но не менее людоедской на тот момент Германии была бы для Запада несравненно более опасна. Даже менее опасный Сталин – и тот полъевропы отхватил, защитить демократию сил уже не было.

Но сказать эту правду вслух – значит вызвать неприятные вопросы насчет неспособности победить обоих монстров, зато совершенно правдивая информация о людоедстве одной стороны при одновременном замалчивании оного же другой позволяла неприятную проблему замести под ковер. Отсюда и "камни преткновения", и судебные процессы над отрицателями.

Документирование Холокоста и вовлечение его в общественный дискурс никоим образом не связывалось с исследованием причин, напротив, хорошо оплаченные сотрудники архивов и музеев (большей частью евреи), громогласно заявляли, что происшедшее слишком ужасно, бесчеловечно и противоестественно, и посему по определению недоступно нормальному историко-социологическому подходу. Как куропатка от гнезда отводили они потенциальных исследователей от сравнения нацизма с большевизмом, каковое объявлялось "нравственно недопустимым".

Так что же означает красивый лозунг: "Это не должно повториться!", если запрещается спрашивать, откуда у "этого" ноги растут? Да, спрашивать запрещается, но… ответ все-таки дается. Единственно допустимый и по определению "правильный": Холокост вырос из ксенофобии – подозрительности и неприязни к непривычному и чужому… тем более что местами и временами юдофобия этим действительно подпитывается, но… центр тяжести находится все-таки не там.

Достаточно поставить вопрос, кто более чужд среднестатистическому европейцу: сосед-еврей, что с ним в одной школе учился и на одной фирме работает, или араб из палестинской деревни, горизонт которого ограничен своей хамулой и наследственным шейхом? А на чьей выступает он стороне?..

Впрочем, с Холокостом разбираться сейчас не будем, я всего лишь хотела сказать, что красивые музеи и не менее красивые слова "прогрессивного человечества" никоим образом не влекут за собой отказа от традиционной юдофобии, у них своя свадьба, у нас – своя. Вернемся к нашим баранам, т.е. к вопросу, как нам-то с юдофобией этой жить?

А так вот и жить, как прожили два тысячелетия. С переменным успехом, но без всяких иллюзий насчет что они ДОЛЖНЫ понять и принять нас, а мы им, соответственно, что-то ДОЛЖНЫ объяснить и доказать. Никто тут никому ничего не должен, есть Они, и есть Мы, и налаживание отношений не надо путать с призывом: "Мы с вами одной крови!".

Есть у нас своя традиция, своя культура и литература на самых разных языках. Отцы Талмуда писали по арамейски, Йосеф бен Матитьягу – по гречески, Рамбам – по арабски, Гейне – по-немецки… все это НАША литература, и на русском мне тоже без никакого Шукшина есть, чего почитать – от Маршака до Гроссмана.

Это вовсе не значит, что читать надо ТОЛЬКО своих. Надо, надо читать и Астафьева, и Шукшина, и Шекспира, и Достоевского тоже не мешает, и даже (о ужас!) Лени Риффеншталь местами и временами посмотреть интересно. Надо только не упускать из виду, что даже самые талантливые из них нам ЧУЖИЕ, и все сразу встанет на свои места.

За знаменитым посланием Эйдельмана стоят, увы, неизжитые мечтания, сбросить опостылевшую маску "образа врага", наивная вера в "общечеловеческие ценности", в прогресс на пути примирения народов, традиций и культур. Спасибо Астафьеву за то, что популярно объяснил всю иллюзорность подобных намерений. Правда, во все века в Европе встречались отдельные нетипичные интеллектуалы, не разделявшие юдофобских предрассудков, но их всегда было исчезающе мало, немного их и сейчас. 

Две заметки на одну тему
kassandra_1984
Супер-пупер гуманизм

Так будет поступлено с каждым, кто покусится…
           И. Ильф и Е. Петров

Два события, о которых в последние дни сообщали СМИ: эфиопский бунт с перекрытием дорог, парализовавший всю страну, и поджог квартиры воспитательницы, издевавшейся в яслях над детьми. Что между ними общего?

Как точно выразился адвокат воспитательницы: "Нельзя позволять людям брать закон в свои руки". Да, это так, но есть ситуация, когда люди его берут, не спрашивая позволения. Ситуация, когда люди чувствуют, что закон перестал их защищать.

Вспомним, что привычка доверять свою защиту закону существовала не всегда, она появилась лишь с возникновением государства. Родовое общество знает совсем другой порядок – кровную месть, что тянется из поколения в поколение. Только появление правителя, силой оружия заставляющего признать свою судебную власть, позволяет доверить наказание преступника нейтральной инстанции, прерывая вековую кровавую цепь.

Но условием для успешности ее деятельности является наказание достаточно суровое, чтобы пострадавшая сторона сочла себя удовлетворенной. Какое именно – зависит от места и времени, от традиции и культуры, но оно всегда должно соответствовать правосознанию общества. Преизбыток гуманизма, забота о правах преступника более чем о правах жертвы с неизбежностью вызовет откат в прошлое.

В "Трех товарищах" Ремарка, любимом романе моей юности, есть такой эпизод: Германия, начало 30-х годов прошлого века. На политическом митинге штурмовик убивает Готфрида Ленца. Друзья убитого на допросе в полиции изображают известный "марш трех обезьян" – ничего не видел, ничего не слышал… А придя домой, достают припрятанное с войны оружие (они все бывшие фронтовые солдаты) и отправляются на поиски того штурмовика. День ищут, другой ищут… на третий одним штурмовиком в городе становится меньше. Они отлично понимают, что если даже и нашла бы убийцу полиция, больше трех лет суд бы ему не дал, да и тех бы не отсидел по очередной амнистии – спасибо, не надо, справимся сами.

Там, где нет надежды на справедливость, в права вступает месть, разворачивающаяся в бесконечную цепь насилия и крови. Пока что арабам на территориях только шины протыкают да на стенах пишут угрозы. Но кто знает, во что все выльется, если ШАБАК и дальше будет на арабское хулиганство глаза закрывать? Если прокуратура продолжит шить дела по трафарету Эльора Азарии?

Кто знает, каким всплеском расовой ненависти грозит обернуться заигрывание с эфиопскими погромщиками? Какую враждебность к религиозной традиции вызывает в обществе безнаказанность беспорядков в Иерусалиме…

Когда суд больше озабочен правами преступника, чем жертвы, когда полиция боится убрать с дороги дебошира, а власть начинает извиняться перед бандитами, общество рискует сорваться в анархию.


А теперь наоборот…

Погодите, медведь, не ревите,
Объясните, чего вы хотите…
      К. Чуковский

Не успела я вкратце сформулировать, почему не стоит за государство пытаться делать то, что должно и может делать только оно, как тут же прочла сообщение о претензиях к государству с требованием сделать то, что оно делать не может и не должно.

http://9tv.co.il/news/2019/07/07/272388.html

Вспомним на минуточку, что произошло в детском саду (по российским понятиям это даже скорее ясли). Воспитательница нарушила все правила обращения с детьми. Не знаю, были ли эти ясельки зарегистрированы официально (если нет, то государству, видимо, предлагают отозвать лицензию, которой не выдавало, а родители, отдавая малышей в ясли, ее не спрашивали).

Таких яслей в Израиле – пруд пруди, и пользуются ими очень охотно – то ли казенных не хватает, то ли дешевле выходит, то ли то и другое вместе. Но даже если заведение официально зарегистрировано – может ли государство гарантировать отсутствие таких эксцессов? Как ему за всеми уследить? Как сказал приснопамятный Ицхок-Лейбуш Перец: "К каждой кровати городового не приставишь".

За каждой воспитательницей чтоб свой контролер ходил? Не говоря уже о том, в какую это влетит копеечку, почему вы уверены, что среди контролеров таких же бессовестных не окажется? И не обязательно им садистами быть – достаточно, если просто взяточники.

Периодически проверки устраивать? Ну это мы на нашей родной доисторической уже проходили: К нам едет ревизор! Все работу бросают, кидаются наводить марафет, в армии, говорят, даже траву красили… дедовщины это, правда, не отменяло.

В нашем случае тревогу подняли именно те, кто и мог, и должен был это сделать: родители малышей. Откуда взялась камера, все запечатлевшая? Наверняка кто-то из них и подключил, она же копейки стоит, а главное, будь она казенной – знала бы воспитательница, где она стоит да как ее отключают. С родителями этот номер не пройдет. И подкупить их не удастся, и запугать нечем. Поймали, запечатлели, репутацию подорвали, бизнес порушили, жалобу подали куда следует. Чего ж вам более?

Против таких вещей может государство бороться только наказывая пост фактум – также как с дорожными авариями или с карманниками на базаре. Так оно, вроде бы, это делать и не отказывается, но предотвратить, гарантировать, исключить…

Помнится, когда впервые возникла в мире угроза СПИДа, французские студенты демонстрацию протеста устроили, причем, требовали даже не бесплатной раздачи презервативов (хотя цены на них вполне подъемные даже для студенческого бюджета), нет, запретить эту безобразию – и дело с концом!

Господа демонстранты, доблестные сотрясатели воздуха и перекрыватели улиц, чего вы, собственно, требуете? Вот "эфиопы", к примеру, требуют, чтобы им беспрепятственно дозволяли хулиганить и грабить. Не то чтобы я считала исполнение такого требования целесообразным – скорее наоборот – но оно хотя бы технически исполнимо. О вашем и такого сказать нельзя.

Впрочем, если звезды (а тем более шины!) зажигают, значит, это кому-нибудь нужно. Например, некоторым деятелям, у которых вся политическая программа сводится к: "Только не Биби!", – а спросишь их про Газу, про иранские ракеты или про дыру в бюджете, в ответ только "му" да "му", а к чему, почему не пойму. Но и это еще не самое страшное.

*  *  *

Самое страшное – это активно внедряющееся в головы представление о государстве, которое не может (и главное, не должно!) своих граждан защищать от насилия и хулиганства, от невозможности до полуночи из яслей детишек забирать, которое не имеет права поддержать полицейского в борьбе  с беззаконием, зато обязано "эфиопов" и прочих тунеядцев защищать от необходимости самостоятельного добывания хлеба насущного, а родителей – от ответственности за безопасность своих детей. 










 

Бунт бездельников
kassandra_1984
Не за то волка бьют, что сер,
А за то, что овцу съел.
  Русская пословица

По-моему, "эфиопский бунт" – конфликт не расовый, точно также как аналогичный конфликт с ультраортодоксами – не религиозный. Он социальный. Когда какую-то часть общества приучают жить на халяву, она очень быстро привыкает, чувствует себя аристократами и начинает наглеть. То же самое было и с римской чернью: Хлеба и зрелищ!

…Да, слышу, слышу уже ваши возмущенные голоса: "Как ты можешь? Почему не учитываешь, что и харедим, и "эфиопы" бывают разные!".

А в самом деле – почему?

Почему вы на основании общего цвета кожи считаете возможным распространять заслуги "эфиопа", что в университете степень зарабатывает, на гопоту, что на центральной автостанции в Тель-Авиве ночует?

Почему общий фасон лапсердака у хабадника, что и в армии служит, и на резервистские сборы ходит, оправдывает гурского хасида, что бьет себя пяткой в грудь: "Умру, но служить не пойду!"?

Почему, наконец, общая гендерная принадлежность дает вам право приравнять несчастную девчонку-подростка, изнасилованную подонком в подворотне, к шустрой особе, у которой дорога к карьере пролегла через начальникову постель?

Все люди чем-то друг на друга похожи, но важно правильно выбрать критерий обобщения. В нашем случае обобщать имеет смысл по одному-единственному признаку, который роднит "вечных студентов" с неграмотными гопниками, ревнительницу "гендерного равенства" с многодетным папашей из колеля. Все они – паразиты.

Раздача незаработанных денег и незаслуженных привилегий – серьезная опасность для всякого общества. Израиль начинался как социалистическое государство, т.е. общество перераспределения. Возможно, в начале это даже имело смысл – приезжают на новое место люди, которые не к тому привыкли, не тому учились, а переучиваться уже поздно...

Но если такое состояние затягивается, к нормальному развитию переходить очень трудно, ибо каждый убежден твердо, что он переработал и недополучил, а начальство нередко реально верует, что его призвание – извлекать из шляпы кроликов и всем желающим раздавать. В результате все разочарованы, все чувствуют себя обманутыми и каждый подозревает, что соседу не по праву досталось больше, чем ему.

"Эфиопы" с самого приезда в Израиль стали получать льготы, каких не давали прочим репатриантам – прежде всего, квартиры, с которыми у нас напряженка, их по квотам на должности принимают, поговаривают (сама не проверяла), что какие-то поблажки они имеют и в армии, очень многие на пособия живут, и вот – результат.

Ультраортодоксы получают финансирование, на которое могут жить, не работая. Пресловутая проблема с армией не в том состоит, что они воевать не хотят – вполне можно было бы договориться и об альтернативной службе, и о спецкашруте, поскольку такую службу вблизи от дома организовать не трудно. Нет, их возмущает покушение на их привилегии, на то, что смеют предъявлять им те же требования, что простым смертным.

Не менее отвратительны (хотя, слава Богу, пока что менее агрессивны) "униженные и оскорбленные" страдальцы гендерного пошиба. От суперфеминисток, шантажирующих мужиков обнимашками тридцатилетней давности, до участников "парадов гордости", демонстрирующих широкой общественности все свои первичные и вторичные признаки, причем, как правило, именно той общественности, которой это вовсе не интересно, лучше всего – в религиозном квартале. Понятно, не в гомосексуализме тут дело. Деньги им не очень нужны, гоняются больше за престижем, статусом, должностями…

Материально их существование пусть и не шикарно, но обеспечено, но смысла в нем маловато, так что в глубине души каждый чувствует, что он никто и звать его никак. Вот и становятся они группой поддержки всякого обещающего: "Кто был ничем, тот станет всем".

Разумеется, израильская "левая" в смерти эфиопского гопника неповинна, но случай такой не упустила: среагировала оперативно и использовала на все сто. "Эфиопы"-то, что живые, что мертвые, ей, понятное дело, пофиг, перспективы их интеграции в общество и отношения в обществе к ним ее трогают ровно за пятку.

Достаточно вспомнить, до какого состояния довели эти "Радетели и благодетели" общины черных американцев. Их цель – сохранение и приумножение числа агрессивных неумех-паразитов, что будут вечно зависимыми от их перераспределяющей власти. Не важно, черных или белых, иудеев или мусульман, в Израиле, в Германии или в Америке. Вот, полюбуйтесь на самых активных участников "эфиопского протеста" в Тель-Авиве аккурат в тот день, когда во всех прочих местах полиция грозно сказала: "Цыц!", и все "бешеные дикари" враз и без разговоров с дороги покатились. Но вот именно в Тель-Авиве с его ну очень левым мэром час проваландались, пока наконец уговорили "обиженных африканцев" посторониться чуток.

Итак, прошу любить и жаловать – типичная Африка во всей красе – первые три фотографии, остальное можно не читать.

Несколько влиятельных политиков, среди них - бывший мэр Иерусалима Нир Баркат заявили, что за организацией протестов стоит New Israel Fund. На протестах были замечены разнообразные деятели левого движения, среди них - бывший лидер Мерец Тамар Зандберг, “лицо” Шоврим Штика дин Иссахаров и лидер Хадаш Айман Уда.

Ни прибавить, ни убавить.

Кто сказал, что Россия не Европа?
kassandra_1984
И вы тогда понять должны,
…Хотят ли русские войны.
          Е. Евтушенко

Когда Евтушенко сочинял слова знаменитой песни, определенно – не хотели. Ну, то есть, они, конечно, всегда готовы были воевать за захват территорий, за то, чтоб все боялись, чтоб не смели рыпаться те, кого они умудрились покорить, но не была для них война самоцелью, всегда была только средством для целей иных. Ныне же они определенно хотят вот именно войны. Как процесса.

Ну, сами посудите – нафиг им сдался Крым? От американцев защищаться? Не смешите мой железный купол. Ежели американцам и вправду заблагорассудится на Черном море базу ставить – тем же болгарам только свистни – с руками оторвут. По Москве или Питеру из Таллина, в случае чего, куда способней палить, чем из Севастополя, да и население поддержит с энтузиазмом.

На хрена, извините, козе баян?

На этот вопрос отвечают они вполне откровенно: Державность свою желаем подтвердить! Не будем сейчас обсуждать, полезна ли державность как таковая, а спросим лучше, в самом ли деле она подтверждается?

Европе или Америке козью морду сделать? Для этого большая и боеспособная армия действительно требовалась... при Петре Первом. Сегодня с Запада завоевание определенно не грозит – кому там, в самом деле, нужна территория без инфраструктуры, где к тому же миллионы малограмотных алкоголиков и наркоманов придется брать на иждивение? Экономические санкции – да, угроза, и нешуточная, но от нее пушками не отстреляешься.

Отстреливаться надо бы от тех, кому вот именно территория нужна, и кто "правами" остатних алкашей заморачиваться не станет. Пусть выживают, как умеют, никто их не обязан кормить, а взбрыкнут – так и в расход недолго. Но вот как раз от этой-то реальной угрозы с востока (не важно даже – персы ли, турки, китайцы или Африка) великая держава и думать не смеет защищаться. И, кстати, совершенно права, ибо боеспособности у ее армии на Донбасс еще хватит, а на серьезную партизанскую войну – это уже не по адресу.

Итак, вся дутая державность оборачивается на поверку надувным чучелком, единственный достижимый результат – поддержание в народе иллюзии былого могущества.

*  *  *
Несите бремя белых, –
И лучших сыновей
На тяжкий труд пошлите
За тридевять морей;
На службу к покоренным
Угрюмым племенам,
На службу к полудетям,
А может быть – чертям!

     Р. Киплинг

Когда Киплинг писал эти стихи, насаждение в колониях европейской ментальности и культуры было важным инструментом укрепления власти метрополии. Аборигенам это нравилось далеко не всегда, откуда естественно следует отмеченная Киплингом "угрюмость". Не будем сейчас задаваться вопросом, окупают ли блага цивилизации (включая гуманизм и права человека) неудобства чужеземной власти, просто отметим, что с точки зрения господства европейцев запрет человеческих жертвоприношений в Южной Америке или сожжения индийских вдов был действием осмысленным и целесообразным.

Но какого черта они сегодня делают вид, что кто-то их "общечеловеческие ценности" перенимать собирается или хотя бы принимает всерьез? Ведь даже в ООН-овском обезьяннике результаты голосований с гуманистической их идеологией согласовать никак невозможно. Сегодня ценности эти изящно вывернуты  наизнанку таким манером, что как бы во имя их тех, кому они на самом деле дороги, предают: белое население ЮАР, шаха иранского, писателя Салмана Рашди, кемалистов турецких, Айян Хирси Али из Сомали, и где-то как-то даже Хосни Мубарака, за Израиль я уже и вовсе молчу.

Да мало этого: если вчера они эти свои ценности заморским странам навязывали, то сегодня они их и у себя дома не в силах от "понаехавших" защитить – уже целые города по шариату на деньги "неверных" живут, причем, именно во имя демократии и прав человека…  Помню, после первых серьезных терактов в Европе тамошние СМИ с гордостью провозглашали, что самое главное – рассудку вопреки, наперекор стихиям сохранить свои моральные ценности, т.е. никоим образом не покуситься на "естественные права" актуальных и потенциальных убийц.

Вопрос о правах потенциальных и актуальных жертв как-то даже и не рассматривался, и это не случайно: государство все равно не в состоянии их защитить. От реальной опасности граждан своих оградить они не могут, зато неуклонно стремятся спасать Землю от потепления, майских жуков от вымирания и палестинцев от геноцида. Занятия не то чтобы очень полезные, зато весьма приятные, поскольку объективно оценить их результаты по определению невозможно, что весьма способствует поддержанию в народе представления о себе как о могучих и справедливых управителях и покровителях человечества, природы и истории.

*  *  *
Легковерное земли население,
Нам глобальное грозит оглупление.
         А. Городницкий

Итак, русские старательно делают вид, что могут всех напугать, а европейцы – что всех могут облагодетельствовать. Можно долго и плодотворно рассуждать, чем обусловлено такое различие, но нам сейчас важнее обратить внимание на сходство: обманывают и те, и другие, обманывают не столько окружающий мир, сколько самих себя. Не надо думать, что главная цель этих фокусов – распил бюджета. Это не более, чем побочный эффект (хотя и весьма желательный для чиновников). 

Интересной особенностью этой игры является подмена объекта, вызывающего страх. Русские воображают себе "буку-бяку" в виде западной военной мощи, которая в наши дни для них реальной опасности не представляет. Европейцы изо всех сил спасаются от "глобального потепления", которое даже если есть уж точно не зависит ни от коровьего пуканья, ни от машин на соляровом ходу.

Но транспортировка ржавых железок в Венесуэлу и сдача дизельных машин в металлолом технически вполне осуществимы, чем и создают иллюзию целесообразной деятельности в направлении самозащиты. От реальной угрозы защититься им нечем, и потому те и другие старательно защищаются от ее осознания. А заключается она в ВЫМИРАНИИ государствообразующей нации и заселении освобождающейся территории людьми другой культуры. Не вследствие войны, оккупации или эпидемий и прочих стихийных бедствий, а прежде всего в результате деятельности их же собственного родного чиновничества.

В России чиновники вымогают взятки у приезжих предпринимателей и крестьян, откаты берут с зарплаты рабочих. Со своих взять им нечего: предприниматели и крестьяне давно перевелись, рабочие за то, что от зарплаты остается узбекам да таджикам, вкалывать не станут. 

В Европе чиновники создали мощную индустрию "гостеприимства": всех незваных гостей обеспечивают жильем, питанием, медициной, адвокатами, переводчиками и преподавателями разнообразных курсов – от языковых до правил приличного обращения с местными дамами. И всем обслуживающим, соответственно, постоянные рабочие места с казенной зарплатой.

Разумеется, европейский вариант выглядит куда приличнее с точки зрения политкорректности и всеобщего братства, но истинной целью его является, как и у российского, исключительно чиновничья нажива. И это бы еще полбеды. Куда хуже, что в погоне за наживой чиновники совершенно упускают из виду два… ну, скажем так… побочных эффекта поддерживаемого ими процесса: количественный и качественный.

Рассматривая пришельцев исключительно как источник дополнительных барышей, они стремятся максимизировать их количество, не учитывая, что перед ними не просто месторождение чистогана, но ЛЮДИ, т.е. носители определенной культурной традиции. Когда большое количество носителей одной и той же культуры синхронно перемещается из пункта А в пункт Б, они естественно стремятся на новом месте продолжать жить, как жили на старом, что, в частности, весьма наглядно демонстрирует история всех последовательных волн израильской алии.

При всей специфичности еврейско-израильской ситуации интегрироваться в общество способно только следующее поколение, но и после того в стране Израиля сохраняется община страны исхода. Это порождает уйму конфликтов, но они как-то разрешаются, находятся компромиссы, поскольку все стороны равно заинтересованы в (отнюдь не гарантированном) выживании и процветании страны.

В Европе и России ситуация совершенно иная. До большинства аборигенов еще не дошло, что их культура в опасности, а большинство пришельцев просто не видят стимула менять свою. Чиновники же делают все от них зависящее, чтобы сохранить новоприбывающих в исходном качестве чужаков, не допустить ни ассимиляции, ни даже интеграции, ибо проникшийся западной культурой араб или курд в услугах "индустрии гостеприимства" не нуждается, а овладевший русским языком и образованием узбек или таджик вряд ли захочет начальнику откатывать ползарплаты.

Итак, местное начальство все условия создает для естественно возникающего замыкания пришельцев в своей среде… Так создаются "параллельные общества", именуемые в просторечии "гетто".

И возникает неизбежно на одной территории соперничество двух культур. Террор – наиболее наглядное, но далеко не единственное, возможно, даже и не самое опасное проявление этого соперничества. И не надо, не надо мне доказывать, что западная (в нашем случае включающая русскую) культура куда прогрессивнее, гуманнее и просвещеннее ихней восточной. Я всегда готова согласиться, что наша – гораздо лучше… для нас. Зато носители той, другой, соперничающей, с нами в этом вопросе никак не согласны.

*  *  *
Боливару не снести двоих.
          О'Генри

Борьба за территорию – дело очень серьезное, ибо территория – это ресурсы. Территория первобытного племени определяется количеством растений и животных, которых надо собрать и изловить, чтобы прокормиться. Позже территория – поле под пашню, луг для выпаса скота, тут на душу населения требуется уже поменее гектаров. Еще меньше надо, чтобы построить завод, организовать НИИ, но совсем без земли ни города выстроить, ни университета создать не удастся. И главное – не получится вырастить детей.

Детство у человека долгое, учиться надо многому, усваивать язык, культуру, правила поведения, т.е. что такое хорошо и что такое плохо. Правила эти в разных культурах – различны, а усваивать их надо, естественно, не только дома, но и на улице, в детсаду, в школе и т.п. Когда же, как сказано у Маршака:

Комнату справа
Снимает китаец,
Комнату слева
Снимает малаец.
Номер над вами
Снимает монгол.
Номер под вами —
Мулат и креол!..


Причем, не в отеле, где проводят день-другой, много – неделю, а всю жизнь, велика вероятность, что дети вырастут дикарями. Не потому, что родители – дикари, они-то как раз вполне укоренены – каждый в своей культуре, в какой вырос, а вот детишки, провалившиеся между всех стульев, нормальной культурной среды лишены. …Ну, это, то есть, чисто теоретически. На деле, конечно, в таком случае культуры между собой конкурируют и довольно скоро выявляется победитель – тот, кто сумеет сохранить следующее поколение своих – тогда к нему потянутся и чужие.

Шанс на победу дает и чисто количественное преимущество – кто рожает больше детей, и качественные факторы типа сплоченности, убежденности, что именно мы "знаем, как надо". Этим, в конечном итоге, определяется, за кем останется территория, т.е. в какую культуру будут ассимилироваться новые поколения любого происхождения.

Те, кто ассимилироваться не захочет, имеют в лучшем случае шанс закуклиться и сохраниться в гетто на правах национального меньшинства. Мы-то, евреи, хорошо знаем, что это за удовольствие, а вот русским и европейцам пока в новинку – поэтому, наверное, их по-настоящему не беспокоит такая перспектива.
 

Антисионизм = юдофобия?
kassandra_1984
За все на евреев найдется судья.
За живость. За ум. За сутулость.
За то, что еврейка стреляла в вождя,
За то, что она промахнулась.

        И. Губерман

В мировых СМИ этот вопрос формулируется несколько иначе: является ли антисионизм разновидностью антисемитизма? Но термин "антисемитизм" я не люблю. Во-первых, потому что обозначаемое им явление появилось, как минимум, за полтора тысячелетия до того, как на него в 19 веке налепили этот новоизобретенный ярлык, а во-вторых, потому, что вопреки теориям тов. Розенберга объектом ненависти евреи являются вовсе не из-за принадлежности к семитской расе – арабы к ней, как известно, тоже относятся, но это никого не волнует. Поэтому позвольте мне пользоваться термином более точным.

Итак, является ли антисионизм маскировкой юдофобии? Не всегда. Давайте сперва отсортируем те случаи, когда он ею заведомо НЕ является.

Начнем с того, что существует еврейский антисионизм, проще сказать – евреи, не просто предпочитающие жить в диаспоре, но и подводящие под такое свое предпочтение теоретическую базу. Все равно какую – от быковской модели "соли в супе" до хасидского стремления дождаться Машиаха. Ни с теми, ни с другими я не согласна, но это еще не повод подозревать их в юдофобии, и даже в самоненависть оно зашкаливает далеко не всегда.

Существует антисионизм… назовем его условно "интернационалистским". Им тоже часто грешат евреи, но в принципе он открыт всякому верующему в то, что национализм – это без пяти минут фашизм, а фашизм и нацизм – одно и то же. Не будем сейчас разбираться с фашизмом и нацизмом, хотя на самом деле между ними две большие разницы и одна маленькая, остановимся на связи национализма с фашизмом. Вспомним, например, "Репортаж с петлей на шее", где просто невозможно проглядеть в героическом коминтерновце закоренелого чешского националиста. Вспомним интернационалиста Ленина, определявшего имперский национализм как "реакционный", а национализм покоренных народов как "прогрессивный", хотя мы по опыту знаем, что фашизмом оборачивается он не реже, а как бы еще не чаще имперского.

Да, сионизм есть разновидность национализма, а во всяком национализме есть опасность скатывания в фашизм… также как ни одно правительство не застраховано от скатывания в диктатуру, что, никоим образом не оправдывает лозунг: "Анархия – мать порядка!". Никакая бюрократия не застрахована от коррупции, никакая религия – от фанатизма, всем нам известны мамаши, чрезмерно любящие и опекающие своих детей, но значит ли это, что следует разогнать конторы, закрыть храмы и отменить семью? Вот и у национализма тоже есть свое необходимое место под солнцем.

Такая разновидность антисионизма популярна у евреев, мечтающих быть морально впереди планеты всей, вечно бегающих впереди паровоза и неустанно доказывающих всем и каждому свою полезность для прогрессивного человечества. Часто зашкаливает в самоненависть. Неевреи его иной раз прихватывают в дополнение к совсем другим вариантам антисионизма, но об этом – ниже.

Есть антисионизм политиков, который точнее было бы назвать "антиизраилизмом" – мнение, что существование Израиля каким-то боком невыгодно для представляемой ими страны: нефти, там, могут не продать, или бомбу подложат… Но ничего специфически антиеврейского в этом нет.

Точно также в 38-м году они сочли нецелесообразным существование Чехословакии, позже и существование ЮАР, притом что тамошние начальники, отметим в скобках, и сами были те еще юдофобы… Хотя, как правильно говорил Черчилль, кормить крокодила в надежде, что тебя он последним съест, политика не самая умная, но тут уж ничего не поделаешь: кругозор современных деятелей редко простирается дальше собственного носа, а нос-то у них арийский – коротковат-с.

Иное дело, что мнение свое о нецелесообразности Израиля подпирают политики на публику не политико-экономическими, а вот именно юдофобскими аргументами, правильно рассчитывая, что они до широкой общественности дойдут скорее. В широкой же общественности корни юдофобии сидят прочно. Сейчас выясним, в чем они заключаются.

Начнем с Нового Завета. Т.н. "синоптические" Евангелия противопоставляют "открытость" Иисуса, проповедовавшего не одним только евреям, но и язычникам из Десятиградия, и даже самарянам, вплоть до заповеди любви к врагам, – фарисеям, настаивавшим на отделении и отгораживании от инокультурных. Евангелие от Иоанна, наоборот, противопоставляет Иисуса, молящегося только и исключительно за свою общину, иудеохристианам, не желающим отгораживаться.

Понятно, что причина расхождения – в различии ситуаций разных общин: поведение, правильное в одной, в другой вполне может оказаться ошибочным, но важно, что все авторы, желая продемонстрировать неправильное поведение, автоматически приписывают его евреям.

В средневековой Европе Иисус был воплощением смирения и покорности властям – в противоположность  бунтовщикам-евреям, восставшим против законного императора.

В эпоху Возрождения и позже – при зарождении протестантизма – свободомыслящий Иисус противопоставлялся евреям – фанатикам, догматикам и буквоедам, подчиняющимся отсталым первосвященникам.

В период, когда "Буржуазия, повсюду, где она достигла господства, разрушила все феодальные, патриархальные, идиллические (религиозные в том числе – Э.Г.) отношения. ("Манифест коммунистической партии"), вдруг оказалось, что евреи никакие не религиозные фанатики, а наоборот – совершенные атеисты: "Вексель – вот истинный бог еврея" (К. Маркс).  

В известном фильме Дзефирелли национально-освободительный Иисус противостоит евреям-коллаборционистам, не желающим бороться против римских колонизаторов, а в последующие годы евреи в глазах Европы колонизаторами оказываются уже сами.

Пресловутые "Протоколы сионских мудрецов" сочиняются аккурат в тот момент, когда европейские державы начинают серьезную борьбу за мировое господство.

В России с началом Первой мировой евреев объявляют пособниками врагов и массово выселяют из прифронтовой полосы. В сталинской "Истории гражданской войны в СССР" написано, что Россия в этой войне заинтересована вовсе не была, а вовлекли ее, несчастную, на долговом аркане французские (читай "еврейские") банкиры.

В 41 году достаточно эффективной была немецкая пропаганда с призывом бить "жида-политрука", т.е. того, кто ведет вас в бой за чуждые вам интересы. Как только немцы обратились в бегство, оказалось, что интересы самые, что ни на есть, кровные, и тут же начались разговоры о "ташкентском фронте"…

Мы для них вроде как гвоздик, на который они вешают свои грехи и проблемы. Главный признак юдофобии – не неприязнь к евреям как таковым (чужих любить никто и не обязан), но использование еврея как объект для проекции собственных ошибок и бед.

Не будем сейчас разбираться, как различные народы и культуры объясняли существование в мире зла, отметим только, что все они без исключения непременно искали и находили живых, конкретных носителей и воплотителей этого самого зла. В порядке борьбы со злом ликвидации подлежали иноплеменники или калеки, близнецы или младенцы, рожденные в результате ритуальных оргий, в большевистской России – "эксплуататорские классы", иногда жертву выбирали просто по жребию, позже заменяли животным…

Так вот, в христианской цивилизации эта роль по стечению исторических обстоятельств досталась евреям. "Евреи – наше несчастье", – означает, в сущности, что какое бы несчастье с нами ни приключилось, виноват будет по определению еврей. А поскольку несчастья случаются везде и всюду, юдофобия живет и побеждает даже в тех краях, где обитатели (и даже отцы и деды их) ни в жисть не встречали живого еврея.

Именно по этой матрице выстроен антисионизм человека с улицы и "полезных идиотов" западного мира. Давайте проследим некоторые их стереотипы:


  1. Еще вчера они, как помните, на полном серьезе доказывали, что мы к "белой расе" отношения не имеем. Сегодня с той же железной уверенностью утверждают, что мы " белые колонизаторы", приехавшие из богатой Европы, у бедных арабов землю отнимать. Между тем, практически вся сионистская алия конца 19, начала 20 века состояла из туземцев колоний великих держав, т.е. трех последних белых империй: Австрии, Турции и России. Разделенная Польша, Украина, Балтия, Венгрия, Румыния, Кавказ, Бухара… Причем, в самих этих провинциях были мы низшей, угнетенной и презираемой кастой. В конце сороковых – начале пятидесятых в страну приехали евреи из недавних английских и французских колоний Ближнего Востока и Северной Африки, где статус их тоже был весьма невысок. Поймите меня правильно – я вовсе не считаю, что плохо быть белым колонизатором, кое-кто в Индии или Африке их и посейчас добром поминает, но общественное мнение сегодняшнего Запада колониализм считает грехом, многоречиво за него кается, и потому… как всегда ожидает, что евреи за него будут нести наказание вместо них.



  1. Еще вчера они очинно себя уважали за воинскую доблесть, а еврея считали по определению трусом, но сегодня, перестав считать героизм добродетелью, а трусость пороком, они окончательно избрали непротивление злу насилием, выдвинули лозунг better red than dead, что в переводе означает "предпочитаю рабство смерти". Рабство они себе представляли очень приблизительно, от смерти их защищали ядерные бомбы, так что открывались практически неограниченные возможности для любования собственным благородством и покаяния за несознательных предков, позволявших себе убивать врагов. И как же тут не объяснить (извинить) несознательность предков злостным влиянием евреев через ветхозаветное описание войн – тем более, что эти злодеи врагов и сейчас убивают!



  1. Еще вчера они без колебаний перекраивали границы (Судеты, Кёнигсберг, позже - Косово) переселяли (далеко не всегда организованно и гуманно) миллионы людей (греков, турок, немцев, сербов), не только чтобы предотвратить бесконечные межэтнические столкновения, но и просто ради укрепления своей власти. Сегодня им очень стыдно… ну, то есть не настолько, чтобы допустить "возвращение беженцев" в свои страны, но вполне достаточно, чтобы закатывать глаза всякий раз, когда слышат ужасное слово "трансфер" в наших палестинах.



  1. Сколько евреев было в Германии в конце 19 века на момент возникновения чеканной формулы: "Евреи – наше несчастье", – выяснить мне не удалось. Подозреваю, что меньше процента. Сколько там сегодня нелегалов из Африки и Ближнего Востока не знает даже фрау Меркель, но подозреваю, что все-таки больше. Элита единодушно утверждает, что "они нам счастье принесли", но "человек с улицы" эту уверенность разделять не спешит. В качестве утешения ему предлагается во всем винить не правительство, открывшее границы, но… все тех же евреев. Оказывается, это не демографический взрыв, не многолетняя засуха, не вековая вражда между суннитами и шиитами, вспыхнувшая ныне новой войной, арабов погнала в Европу, и уж никоим  образом не щедрые социальные пособия немцев, нет – виноваты, как всегда, евреи со своим Израилем. Обидели они арабов. Не было бы его – так и не обрушилась бы на нас вся эта саранча!


Конечно, этот список далеко не полон, но, думаю, его достаточно, чтобы утверждать: самая распространенная в настоящее время на Западе разновидность антисионизма есть не что иное как вполне традиционная юдофобия.

И ничего никогда не удастся им доказать, и бесполезно каяться в чужих грехах, ибо устранить их и их последствия не сможем мы, даже если бы очень захотели. Зато мы должны, обязаны, вынуждены объяснить эту ситуацию самим себе и нашим детям: из всякого правила есть исключения, но в целом общественное мнение постхристианского общества всегда будет видеть в нас воплощение мирового зла. Просто в спокойные времена большинство над этим не задумывается, других забот хватает, и те из нас, кто "обманываться рад", готовы уверовать, что юдофобия вот-вот рассосется.

Не рассосется. Худо ли, хорошо ли, а всем нам с этим жить. Включая и тех, кто старательно подводит теоретическую базу под свой и (что куда опаснее!) ИХ антисионизм.

Гусь свинье не товарищ
kassandra_1984
Честно предупреждаю, что Евровидения я не смотрела и художественных достоинств мероприятия сего оценивать не собираюсь. Все, что я имею сказать, относится только и исключительно к пропагандистскому эффекту, который оказался абсолютно противоположным ожидаемому. Сперва смертельная авария при сооружении каких-то трибун, потом отказ звездного израильского коллектива репетировать в субботу, и наконец — плевок в лицо от Мадонны и представителей Исландии.

Разумеется, неудачу можно истолковать как вызов, приложить больше усилий и в следующий раз не оплошать. Так я лично воспринимаю, к примеру, крах нашего лунного "берешита" и надеюсь, что ошибку удастся исправить. Но вот в случае Евровидения, думается мне, ошибкой было само решение, его проводить, очередная попытка сказать Европе: "Мы с вами одной крови", — поскольку на самом-то деле это неправда.

Начнем с субботы. Сама я ее НЕ соблюдаю и решительно не одобряю попыток навязать ее таким же эпикойресам. Это наша, израильская проблема, у европейцев ее нет. Зато у них есть попытки навязать людям, которые вовсе этого не хотят, секспросвещение в детском саду, однополые браки и "парады гордости" в костюмах Адама и Евы. Здешние европейцы из Рамат-Авива пытаются, правда, эти опыты на нашу почву пересадить, но чахнут они, не прививаются, это — проблемы не наши.

Вопрос не в том, что лучше, что хуже, а в том, что и зашкаливаем-то мы в разные стороны. И не рассказывайте мне пожалуйста, что есть в Европе и другие люди, ибо они (те, кого именуют там "правыми") маргинальны (пока что, во всяком случае), а Евровидение — оно как раз цирк для широкой публики, продвигающий со своими трансгендерами обоего пола ценности самого, что ни на есть, мейнстрима… Тамошнего. А у нас это как раз и не катит. Евровидение в Израиле — как на корове седло.

Что и кому доказывали ребятки из "Шалвы", отказываясь репетировать в субботу? Что и петь они умеют, и традиции соблюдать? Уж не возомнили ли, что им Европа позволит то, что арабам позволять привыкла? Арабов она боится — значит, уважает, а с нами-то дело обстоит ровно наоборот.

Европа нынче в кризисе по многим причинам — от падения рождаемости до бегства промышленности и наплыва иммигрантов. Традиционная реакция на такие ситуации — очередная вспышка юдофобии, которую политики политкорректно заметают под ковер, но свободные творцы — артисты, поэты и т.п. — могут себе позволить не скрывать, и публика их поддержит. Не то чтобы европейских артистов вовсе не следовало к нам приглашать, но — с разбором, а на таком грандиозном шоу набирающая силу тенденция просто не может не прорваться.

Нет, я вовсе не хочу сказать, что с Европой надо рассориться и дела не иметь, наоборот, обязательно надо налаживать взаимовыгодное сотрудничество — в науке, в бизнесе, там, где реально имеются общие интересы, ищутся решения для проблем, что при всех различиях (которые не надо ни отрицать, ни прятать) есть и у них, и у нас. Вот как раз хороший пример:

В то время, как в Тель-Авиве проходил международный конкурс "Евровидения", на военной базе "Миткан Адам" проходили международные соревнования снайперов и бойцов антитеррористических подразделений.
Пресс-служба ЦАХАЛа сообщила, что с 12 по 14 мая на военной базе недалеко от границы с Газой проходили международные соревнования по снайперской стрельбе, в котором приняли участие 25 команд из 14 стран. В Израиль приехали военные снайперы из США, Германии, Италии, Венгрии, Кипра и других стран.

И все довольны, и скандалов никаких нет, ни тебе субботы, ни юдофобии... Определенно, стоит продолжать в том же духе.

 

Война продолжается
kassandra_1984
Не сули журавля в небе —
Дай синицу в руки.
  Русская пословица

Так… ну, пока что на газском фронте затишье. Не мир, конечно, и даже не перемирие — просто затишье, и, вероятно, не надолго.

Хорошо, конечно, что на этот раз они сами без выпендрежа и всяких "требований" бузить бросили (ну, то есть, "требования"-то есть, только вот никто их не выполняет). Что не наблюдательные пункты и пустые штабы разбомблены, а виллы начальничков, пункты технического управления и оружейные склады. Очень хорошо, что погоняли их зайчиками по полям (а кого и догнали!), и уж конечно прекрасно, что ювелирную работу продемонстрировали, но…

Все же понимают, что проблема не решена. Понимают и то, что за нерешением стоит воля нашего премьера, тем более что он и сам открыто говорит о неизбежном продолжении. Чего же он на самом деле хочет? Попытаемся разгадать.

Прежде всего, над нами нависает знаменитая "сделка века". Подозреваю, что основная причина засекреченности планов Трампа есть… отсутствие таковых. Есть у него основная идея, прикидки кой-какие имеются, но важно его все время подталкивать в нужном направлении, доказывать неосуществимость некоторых задумок, предлагать новые пути. Для этого такому наглядному пособию как ХАМАС цены нет, если бы его не было, право, стоило бы выдумать. И, главное — не переставать снабжать его через КПП — это прекрасно демонстрирует, что экономические методы не сработают, не стоит и пытаться.

С Трампом все ясно, куда сложнее — с Европой. С какого перепугу она за нас вдруг вступилась (конечно, только на словах)? Может, грехи свои перед Трампом замаливает: недоплату в НАТО, сделки с Ираном, шашни с Путиным… Впрочем, это ее проблемы, и понятно, что дань ХАМАСу платить она не перестанет, наоборот, чем больше в людоедстве его убеждается, тем больше пугается и охотнее платит. Для нее мы всегда будем виноватыми, потому что на "критику" не прилетит ответка: ни самолетов ее не будем угонять, ни взрывов на площадях устраивать, ни карикатуристов стрелять — так что она может себе позволить. Все, что мы можем сделать — это ликвидировать влияние ее идеологии у себя в стране.

Миллионы и миллиарды ежегодно тратят господа гуманисты на несущиеся из всех утюгов проповеди, что самозащита безнравственна, что убийц надо пожалеть… Нынешний всплеск юдофобии определенно не причина, но следствие нашего нежелания прислушаться к этим проповедям. Сами они, без всякого лицемерия, с наслаждением предаются стокгольмскому синдрому и вполне искренни в своем возмущении наглостью ничтожных евреев, посмевших защищаться, в то время как они — прогрессивные и великие — готовы на колени пасть.

И действует ведь, действует это. Не только из-за денег и высокого профессионализма пропагандистов, но и из-за распространенной среди наших интеллектуалов в университетах, газетах и судах психологии "бедного родственника", бескорыстного стремления не за страх, а за совесть подражать европейцам, чтоб только не гнали, чтоб признали бы за своих…

Обратите внимание, сколько народу удалось им сагитировать на выборах за полную пустышку из трех генералов и одного трепача, "бело-голубого" уродца, голосовать за которого можно было только на голубом глазу. И это надувное чучелко теперь изо всех сил машет кулаками: "Искоренить! Ликвидировать! В асфальт закатать!".

А вот представьте себе на минутку, что это действительно бы произошло. Чисто технически с ХАМАСовской державой управились бы в худшем случае недели за две. Да, были бы потери, но на то и война. А вот что делать на следующий день после победы?

Просто так войти и выйти, не поимев в результате ничего, кроме десятка-другого трупов?

Оставить там армию (не важно даже, с поселениями или без)? Так те же самые вечногуманные возопят гласом велиим: "Ах, нас же развратит подчинение другого народа! Эх, они же нас задавят демографически! Ох, как же мы переживем потери в случае нападений?". Останется только бросить все и бежать как из Южного Ливана.

Абу Немазанного на царство призвать? Ну, он, конечно, сперва потребует свободного проезда через территорию Израиля (конечно, не для себя одного!), а там, глядишь, в отставку уйдет, уступит место ХАМАСу, который ничего не подписывал и не обещал… дальше — все понятно.

Ни одна идея европейцев касательно тутошнего "урегулирования" технически неосуществима, если поставить непременным условием выживание Израиля. Ни один план, который сможет наше выживание обеспечить, европейцы не одобрят никогда, судьба Родезии, ЮАР или Косова тому порукой. Но можно бы просто послать их лесом, если бы не вес их идеологии внутри страны.

Того, что на самом деле сделать надо, Натаньягу сделать не может. Слишком хорошо помнит он, как ломали через колено всякого, кто посмеет противостоять гуманистической утопии. В жизни не забуду лица Ицхака Рабина на экране телевизора после того, как в Тель-Авиве очередной автобус на воздух взлетел: взгляд смертельно раненого загнанного зверя… Не забуду, как Эхуд Барак после выхода из Ливана в прямом эфире сопли по роже размазывал, что, мол, его обманули… Не забуду, как надругались над полутрупом Ариэля Шарона.

Натаньягу держит удар… пока что, во всяком случае, а сделать больше, чем делает сейчас, сможет только, если все мы ему поможем.





 

Левая — правая где сторона?
kassandra_1984
Истории потребен сгусток воль,
Партийные программы безразличны.
          М. Волошин

Соперничество между левыми и правыми в современном мире давно перешло с академического уровня на уровень парламентский, а ныне дошло уже до откровенного мордобоя. Разумеется, ни та, ни другая сторона не является организацией с выраженной структурой и прописанной программой, скорее это два клубка достаточно разнородных тусовок, непрестанно конкурирующих и выясняющих отношения внутри себя, но при всяком столкновении друг с другом они безошибочно чуют врага, на подсознательном уровне улавливая принципиальную несовместимость. Так в чем же именно она заключается?

Раздающиеся со всех сторон жалобы на информационный (а также физический) террор с левой стороны большей частью справедливы, но вспомним, как всего полвека назад вели себя правые… похоже, это признак не левизны, а «позиции силы». Из чего, кстати, в частности следует, что всем разговорам о правах и свободолюбии — грош цена в базарный день — в равной мере для обеих сторон.

Столь же несерьезными можно считать утверждения типа «левый — значит подлый». Подлый — это тот, кто примазывается к власть имущим, а поскольку сегодня у власти левые, подлых в их рядах естественно найдется немало, но это не ответ на вопрос. Во всяком случае, истина, которую я пытаюсь обнаружить, не абсолютная (все правые — такие, а все левые — эдакие), но статистическая: для большинства левых характерно то, для большинства правых — это.

*  *  *


И запомни раз навсегда: нормальные люди суть те личности, которые после всех дьявольских заварушек терпеливо и аккуратно, чтобы, не дай Бог, не отломать ноженьку у какого-нибудь, пускай даже простого и зачуханного венского стула, демонтируют уличные баррикады. И, соответственно, ненормальные — это те мерзавцы, которым кажется, что им точно известно, чего им хочется от жизни. Хотя что может хотеться людям, волокущим из дома на булыжную мостовую стулья?
     Юз Алешковский


Люди бывают религиозные (условно «правые»), а бывают верующие (условно «левые»). Ну, то есть, в чистом виде как те, так и другие встречаются редко, но большинство двуногих склоняется все же к тому или другому типу.

Религиозный — человек традиции, привыкший к определенному укладу: от меню и одежды до календаря и ритуалов. Как правило, он связан с сообществом таких же религиозных, дорожит своей репутацией в нем и внутри него старается соблюдать всяческие заповеди любви к ближнему, или хотя бы притворяется, что соблюдает. На посторонних эти заповеди если и распространяются, то в ограниченном объеме — враждебность к ним не обязательна, но некоторая настороженность все же не помешает. Теоретическими обоснованиями своей картины мира интересуется не всегда, разве что когда оказывается интеллектуалом, в большинстве же случаев предпочитает не раздумывая повторять утверждения специалистов.

А верующий — это тот, кого Гумилев-младший называет пассионарием, а современное западное общественное мнение — фанатиком. Традиция как таковая, даже если случилось ему вырасти в ней,  не устраивает его никогда, все стремится не отвергнуть — так дополнить, не дополнить — так перетолковать, а лучше совсем наизнанку вывернуть и заменить чем-то новым, что он совершенно искренне принимает за хорошо забытое старое. С той же неподдельной искренностью он зачастую объявляет себя ныне противником религии как таковой, тогда как на самом деле — просто создает свою собственную и старается убрать с поля конкурирующие фирмы.

Для человека религиозного теология и ритуал, как правило — отличительный признак: свой/чужой. Для верующего всякий, не исповедующий его единоспасающее учение — враг народа, подлежащий как минимум перевоспитанию, если не уничтожению, а поскольку такими врагами оказывается естественно большинство человечества, верующему остро необходимо мировое господство. Причем, не корысти ради шагает он по трупам, но токмо волею Высшей Силы, именуемой богом, мировым разумом или исторической необходимостью…

Право же, занятно бывает иной раз слушать их рассуждения о любви к абстрактному человечеству, во имя которой они пылают жуткой ненавистью к конкретному, например, Трампу или даже к соседней секте, что не столь точно указывает магистральный путь к спасению.

Ключевое слово здесь «спасение», ибо в нормальной ситуации верующий всегда маргинал. Даже если ему отводится в обществе какая-то официальная экологическая ниша типа монастыря или клуба альпинистов, влияние его ничтожно. На авансцену он вырывается лишь в моменты кризиса с криком (по Галичу): «Я знаю, как надо!».

На самом деле ничего-то он, как правило, не знает, зато твердо рассчитывает на… чудо. Во времена стародавние запросто превращал воду в вино, воскрешал мертвых и выходил на войну с уверенностью, что плечом к плечу с ним будет сражаться Всевышний при мощной поддержке ангелов своих. По нынешним временам аргументация несколько усложнилась.

Возьмем для примера приснопамятный ленинский опус «Великий почин». Коммунисты из депо «Москва-Сортировочная» бесплатно и без выходных ремонтируют паровозы, чтобы обеспечить городу защиту от подступающего Деникина. Поведение вполне разумное, если учесть перспективу в случае победы оного Деникина всей ячейкой болтаться на фонарных столбах — на их месте так поступил бы каждый.

Но Ленин толкует это как превращение действующих лиц из прежнего человека — ленивого и корыстного — в нового, готового трудиться за так, не покладая рук, исключительно ради удовольствия приносить пользу ближним. Он утверждает, что революция совершила чудо преображения вида хомо сапиенс — правда, пока всего лишь в масштабе депо «Москва-Сортировочная», но ведь и Иисуса объявили в свое время «первым из воскресших» и залогом будущего воскресения всех верующих в него.

Сегодня наследники товарища Ленина ничтоже сумняшеся обещают нам управлять климатом, накормить весь мир пятью хлебами, без всякого генератора добыть электричество из штепсельной розетки и навести в Африке демократию. Конечно, есть среди них и жулики, и просто хлестаковы «без царя в голове», но есть и миллионы, искренне верящие во все эти заклинания.

Сами веруют и от прочих требуют веры, ибо без веры чудо не получается, о чем они — надо отдать им справедливость — всегда предупреждали честно. Не надо принимать это за дешевую демагогию, так оно и было от века, в чем мы сейчас убедимся на примере известной бардовской песенки 60-х годов, в которой всплывают и высвечиваются очень древние архетипы человечества.

Прошу любить и жаловать: «Маленький трубач«.

    Но как-то раз в дожди осенние
    В чужой степи, в чужом краю
    Полк оказался в окружении,
    И командир погиб в бою.
    Ну, как же быть? Ах, как же быть?
    Ну, что, трубач, тебе трубить?

    И встал трубач в дыму и пламени,
    К губам трубу свою прижал —
    И за трубой весь полк израненный
    Запел «Интернационал».
    И полк пошёл за трубачом,
    Обыкновенным трубачом. 

В кризисной ситуации, когда руководство исчезло и все растеряны, трубач заводит культовую мелодию, подхватывая которую люди исповедуют свою веру, ощущают себя единым целым, и потому происходит чудо спасения. Именно такие чудеса на самом деле умели творить все религии всех времен и народов, отсюда пошла вера в их способность и другие чудеса совершать, что, правда, не всегда подтверждалось фактами, но было полезно ради сохранения обретенного единства.

Итак, полк пошел за трубачом. Но ведь трубач — не офицер, не учили его выбирать в бою направление, руководствуется он исключительно интуицией, в точности как пассионарий, вдохновенно клепающий на коленке свою единоспасающую теологию. И возникает то, что в наши дни именуется «деструктивным мемом». Согласно Википедии «мем» — это информация, функционирование которой имеет поведенческие проявления. Соответственно, «деструктивный мем» — это информация, поведенческие проявления которой разрушительны и опасны. Самый известный деструктивный мем прошедшего века как раз и использовал в качестве культовой мелодии «Интернационал».

Вы будет смеяться, но первое, что происходит с текстом или действом, когда он(о) становится культовым, т.е. знаком причастности к группе — это потеря изначального смысла. Место его занимает переживание общности, сплочения, принадлежности к некоторому «мы». Мало кто из христиан задумывается над тем, что евхаристия имитирует трапезу, также как мало кто из московских или питерских интеллигентов задумывался над смыслом «Мастера и Маргариты». И молодежь периода «Оттепели» вряд ли разбиралась в словах «Интернационала». А слова-то ведь страшненькие.

    Весь мир насилья мы разрушим
    До основанья, а затем
    Мы наш, мы новый мир построим, —
    Кто был ничем, тот станет всем. <…>
    Лишь мы, работники всемирной
    Великой армии труда
    Владеть землёй имеем право,
    Но паразиты — никогда!
    И если гром великий грянет
    Над сворой псов и палачей,
    Для нас всё также солнце станет
    Сиять огнём своих лучей.

Вдумаешься в такую декларацию о намерениях — и сразу понятно станет, на какой поезд Достоевский билет возвращал и чего он там теоретизировал насчет слезинки ребенка…

Очень интересное и точное сопоставление правого (религиозного) и левого (верующего) мировоззрения есть в сборнике «Вехи» — да-да, та самая, по словам Ленина,  «энциклопедия русского ренегатства» — в статье С.Н. Булгакова «Героизм и подвижничество«. Причем, автору и в голову не приходит, что в молодости христианство было не таким, каким стало при его жизни, а наоборот — весьма близким к осуждаемому им мировоззрению русской интеллигенции, взять хоть «Откровение Иоанна». Когда я его в первый раз открыла, никак не могла понять, откуда такое сильное ощущение deja vu, где встречала я если не этот текст, то нечто, очень на него похожее? Потом сообразила: «Манифест коммунистической партии».

Православное христианство времен Булгакова — типичное мировоззрение старой религиозной традиции, а то, что он именует «интеллигентским героизмом» — типичный зародыш новой религии, т. е. — деструктивный мем.

Господство таких мемов и есть то, что Ханна Арендт именовала тоталитаризмом. Сегодня это слово превратили в ругательство и ярлыком наклеивают на все, что не демократия — будь то саудовская монархия или диктатура Пиночета. Но Арендт имела в виду совсем другое.

Саудовский принц без колебаний ликвидирует всякого, в ком видит соперника в борьбе за власть, Пиночет раскидывает сеть массовых репрессий против сторонников Альенде, но… подавив сопротивление, они репрессии ослабляют или даже отменяют совсем.

Сталин или Гитлер, Пол-Пот или Мао-Цзе-Дун, напротив, главные, многомиллионные репрессии разворачивают только после полного подавления сопротивления и стабилизации режима. Власть нужна им не сама по себе, но как площадка для насаждения новой, молодой религии, не цель, а средство создания нового, правильного, спасенного человечества.

Шансы конкурирующих мемов на выживание и дальнейшее развитие, равно как и размеры причиняемого ими ущерба, определяются вовсе не убедительностью их теорий или степенью их кровожадности, но одним-единственным вопросом: сумеют ли люди, собравшиеся под знаменем этого мема, создать в течение немногих поколений реальную общинную жизнь. Понятно, что это обусловлено огромным количеством привходящих обстоятельств, т.е. в значительной степени случайно.

Впрочем, в двадцатом веке можно проследить одну интересную особенность: два наиболее страшных, наиболее деструктивных мема — нацизм и коммунизм — общины создать не смогли, психологически замещая общинную сплоченность культом вождя-чудотворца. Скрывается ли за этим какая-то закономерность, судить не берусь, но факт, что оба оказались недолговечными.

Зато определенно закономерна потребность в религии как таковой, свойственная всем сообществам хомо как бы сапиенсов. Деструктивный мем — зародыш новой религии — закономерно возникает с распадом старой — в ситуации гибели командира любой полк пойдет за трубачом, и никакие гуманистические или рациональные опровержения не смогут помешать идее овладеть массами. Почитайте, что писали римские интеллектуалы о новорожденном христианстве. Уверяю вас, они были правы, перечисляя нелепые легенды и бессмысленные ритуалы, но… кто же в итоге вышел победителем?

Деструктивный мем, завоевавший господство в обществе, со временем либо утратит свою деструктивность, агрессивность его уменьшится, теология станет рациональной — хотя бы на уровне объяснения, почему рай на земле все еще не настал — как случилось, например, с иудаизмом мессианских движений конца Второго Храма. Либо быстро выродится и все общество утянет с собой на дно — то, что мы видим в результате коммунизма в России.

*  *  *


Течет вода Кубань-реки,
куда велят большевики.
   Советский плакат


Разумеется, крушение религии — не причина, а следствие и безошибочный признак происходящего распада общества, такой же как, например, превышение смертности над рождаемостью или явление «полезных идиотов». Рассмотрение причин увело бы нас слишком далеко, нам важно лишь отметить, что распад вполне закономерно сопровождается взрывом активности пассионариев и появлением широкого спектра деструктивных мемов, конкурирующих за право стать зародышем религии завтрашнего дня.

Все они выстроены по одной схеме:

    Распад сообщества переосмысливается в природную катастрофу как следствие человеческой греховности, вспомните хотя бы пресловутые «казни египетские». В одной из русских летописей упоминается, что в каком-то году не случилось зимы, за что как не обеспечившего уволили митрополита. Сегодня вся Европа стоит на ушах из-за слухов о вымирании лесов, исчезновении пчел, утопании белых медведей и виновности промышленности в глобальном потеплении. К реальной заботе о сохранении окружающей среды эти приступы паники отношения практически не имеют, к примеру, никого особо не волнует массовая гибель птиц из-за ветряков, понатыканных на северных равнинах Германии.
    Единственным спасением представляется мировое господство соответствующей партии. Нацисты и коммунисты на это претендовали открыто, соответственно: «Сегодня нам принадлежит Германия, а завтра — весь мир» и «Наш лозунг — всемирный Советский Союз». Спасители природы объясняют, что без всемирного правительства нет никакой возможности заставить неразумное человечество под корень извести СО2, и уж тем более только перераспределение в мировом масштабе обеспечит каждому двуногому право дармового прокормления и проживания по всему земному шару. Если и не сразу, то вскоре после того, как спасители мира возьмут бразды правления в свои руки, природа и человечество коренным образом преобразуются, наступит гармония, изобилие и всеобщее счастье.
    «Доказательства» истинности предлагаемого мема можно видеть уже в наши дни — его адепты творят (при наличии у публики достаточной веры) многочисленные и наглядные чудеса: Алексей Стаханов дает стране угля свыше сил человеческих, а 28 панфиловцев подбивают немецкие танки маневром технически неосуществимым. И самое главное: наши люди в большинстве своем куда добрее, умнее и храбрее, чем среднестатистические представителе загнивающего буржуазного общества. И даже в области балета мы впереди планеты всей.

Сегодня, впрочем, преобладают чудеса иного сорта — не обеспечение положительных, но предотвращение отрицательных событий, что даже проще, ибо от публики требуется вера всего лишь в то, что, если бы не «спасители», все эти катастрофы неизбежно произошли бы (или произойдут). Помните, у Городницкого:

     Невезучее мое поколение,
    Нам глобальное грозит потепление,
    Нас пугает грипп свиной гиблой зоною,
    Угрожают нам дырою озонною.

    Нет печальнее, народ, этой повести,
    Нас задушит углерод в жарком поясе,
    Нас задушит углерод в жарком поясе,
    На горах растает лед и на полюсе.

    За окошками беда косоротится,
    Убежит в моря вода, не воротится.
    Все сумеет города затопить она,
    Сгинет Лондон без следа вместе с Питером.

Повторим еще раз: все эти чудеса происходят только при условии веры участников, и зададим простой вопрос: Почему же они верят?

*  *  *


Теоретически я допускаю существование
настоящих атеистов, но в жизни они мне
не встречались.
                     А. Мень


А потому что все разговоры о «безрелигиозном будущем» результат заблуждения: господа философы ничтоже сумняшеся приняли умирание собственной традиционной религии за исчезновение религии как таковой. А среднестатистический хомо сапиенс без религии жить никак не согласен.

Религия — вовсе не «вздох угнетенной твари», не инструмент морального совершенствования и не результат страха необразованного туземца перед стихийными бедствиями. Будучи животным общественным и на многопоколенном опыте убедившись, что если он плюнет на коллектив, то коллектив утрется, а если коллектив на него, то он утонет, хомо сапиенс вполне обоснованно видит в этом самом родном коллективе носителя и источник силы, недоступной отдельному индивиду, но способной (и желающей) поддержать его, если он действует в интересах коллектива.

Мы эту силу называем «сверхъестественной», но предки наши такого слова не знали. И то, что мы ныне именуем «загробной жизнью», разумелось у них само собой — будь то в форме переселения душ или суда Осириса — потому что и жизнь незагробная не мыслилась в одиночку. Человек существует, поскольку в рамках сообщества взаимодействует с другими людьми, и смерть в этом ничего не меняет, он «присоединяется к своему народу», оставляя неумершим память общения с ним, детей и внуков как продолжателей его личности. И более того — умершие обретают могущество, становятся защитниками и покровителями живых, объектом широко распространенного культа предков. Наиболее значимым подтверждением правоты и стабильности сообщества, его картины мира, всегда было наличие мощной «потусторонней» поддержки, памяти о тех, кто отдал жизнь за… Не даром песенка о маленьком трубаче заканчивается гибелью героя на избранном им верном пути.


Религия есть не что иное как проекция общинного образа жизни в плоскость ментальности принадлежащих к общине индивидов, как круг есть проекция трехмерного цилиндра на двухмерную плоскость. Исчезновение религии есть симптом распада общины, подобно тому как проекция в виде круга исчезает вместе с цилиндром, а в одиночку наш сапиенс жить решительно не согласен. Это для него травма, а травма естественно вызывает у него… что? Правильно — агрессию.

Возникновение новой религии не с новой теолого-философской школой связано (она всегда выстроится по мере необходимости), но с формированием новой общины. Сформироваться она может только из людей, которые по какой-то причине лишились прежней, они фрустрированы и, естественно, агрессивны. Они в обиде на окружающий мир и надеются найти друг в друге союзников по общей борьбе против него, используя верующих, т.е. «левых», как центр кристаллизации.

Не обязательно при этом растет количество реально верующих, но в геометрической прогрессии, особенно среди молодежи, растет число их сторонников, т.е. приверженцев «левой» идеологии, готовых идти за ними и верить в любого дьявола, лишь только увидит шанс оказаться в сплоченной группе, заменяющей общину сегодня и обещающей в будущих поколениях превратиться в нее.

Исполнит ли она свое обещание, станет ли домом для своих сегодняшних сторонников и их потомков или окажется для них гибельной ловушкой? Никто не предскажет заранее, но большинство человечества явственно готово пойти на этот риск. Безобщинная жизнь хуже смерти. 

(no subject)
kassandra_1984
МИД Израиля подтвердил, что в результате террористической атаки в синагоге Повей , Сан-Диего ранены два гражданина Израиля - 8-летняя Ноя Дайян и ее дядя, 34-летний Альмог Перец.

Семья Нои переехала несколько лет назад из Сдерота в Соединенные Штаты из-за непрекращающихся ракетных обстрелов Сдерота.


Думали - не догонят...